Экстремист. Хроника придуманной жизни

В день знакомства с мамой Лены я немного волновался, ведь это было первый для меня такой «официальный визит» к маме моей девушки, но потом взял себя в руки. В конце концов, рано или поздно это должно было произойти, да и мне самому было интересно узнать Лену с этой стороны.

Мы встретились с Леной в метро на «Чкаловской» и вместе поехали к ней в Марьино. По дороге она говорила мне, что ее мама хорошая и современная, чтобы я не волновался. Я сказал, что не волнуюсь, и поцеловал Лену.

Когда мы вышли из метро, накрапывал небольшой дождик.

Мы зашли в супермаркет, где я купил тортик к чаю, и пошли на остановку. Лена прижалась ко мне, а я вспоминал тупые анекдоты про тещ, впрочем, помнил их я мало, да и вспоминать те, что помнил, быстро надоело. Наконец мы сели в маршрутку, и поехали. Через пять остановок мы вышли, и Лена показала мне на обычную многоэтажку.

– Это наш дом.

– А этаж у вас какой?

– Двенадцатый.

– Высоко.

Мы дошли до дома, и зашли в подъезд. Подъезд был обычным, в меру убитым, впрочем, после моего сквота, все здесь мне казалось верхом чистоты.

Поднявшись на лифте, Лена позвонила в дверь.

Сердце у меня забилось чаще, руки вспотели. Наконец дверь открылась, за нею стояла мама Лены – довольно высокая, полноватая женщина средних лет. У ног ее вертелись две собаки, радостно встречая гостей. Лена бросилась обнимать собак, а ее мама сказала мне не бояться собак и быстрее заходить. В общем, все было сумбурно и весело, что сразу сняло мое небольшое напряжение.

Потом мы пили чай на кухне. Мама сказала, что ее зовут Марина Васильевна, и что я могу чувствовать себя как дома. Впрочем, я и так уже вполне освоился и говорил с ней и Леной о разных вещах, интересовавших маму. Марина Васильевна оказалась интересной собеседницей, на жизнь она зарабатывала гаданием (хотя она называла это занятие «прогнозированием»), в общем, чем-то связанном с астрологией. Еще она интересовалась каббалой, хотя в молодости закончила математический факультет МГУ (впрочем, может быть, как раз именно поэтому).

У наших ног крутились две собаки вполне дворянской породы, вдобавок к ним из темноты коридора на кухню пришла кошка благородного серого отлива и стала тереться о мои ноги.

Марина Васильевна заметила кошку и сказала:

– А это Муся, наша хозяйка. Она у нас главная в доме.

Я чихнул (в последние годы у меня появилась аллергия на шерсть) и спросил:

– А собаки как?

– А собаки ее слушаются.