Хост пожарче

– Ты обдерешь меня до нитки… – отдался в чары ночной колдуньи я.

– Полетели отсюда? Как-то уж слишком недоброжелателен Милан ко мне сегодня…

– Хорошо, только ткни пальцем на карту, и мы тут же отправимся туда… – будто одурманенный какими-то чарами, высказал предложение я.

– А мне даже «тыкать» не надо. Я лечу к Сержу, ты к Свете.

– Ты сейчас так сказала, как будто меня с ней связывает что-то большее, чем бумажный контракт.

– Ну, контракт бывает и брачный…

– Что? Маш, ты сейчас о чём?

– А ты никогда не думал о ней как о женщине? – втягивая дым сигареты, удивила меня королева ночи.

– Что? – я поперхнулся. – О Свете? Ты ее вообще давно видела?

– Она так о тебе заботится, переживает.

– Она переживает за то, чтобы мои книжки были вовремя отданы в печать, и заботится о том, чтобы я их к этому времени успел дописать.

– Да, прости, сболтнула глупость… Просто мне ее так жаль, она всегда одна, а ведь она всего на два года отличается от нас… Только я не помню, старше она или младше?

– Я знаю, что мне двадцать шесть, тебе двадцать четыре, а её возраст меня мало интересует. Восемнадцать уже есть, тридцати еще нет. Все. Мне хватает.

– Ох, Максим-Максим, ладно, нам пора домой.

– Кому нам? Маш, мне и здесь хорошо. С тобой…

– И мне здесь хорошо, – Маша снова прижалась ко мне. – Знаешь, я так рада, что судьба свела нас, и тогда детстве, и на презентации твоей книги. Ты такой хороший друг.

– Ты тоже хорошая… Только не подруга… Ты просто хорошая.

– Это как? Максим, я не понимаю твоей писательской литературной игры слов.

– И не поймешь, если будешь пытаться разбивать ее на хиазмы и пролепсы… будь проще, учись слушать сердцем…

Утро. Какой-то особенно тихий, патриотичный ветерок купает творческие музы, парящие над ореолом моей кровати. Одиночество и творческий настрой, и кажется, это идеальная обстановка для написания не только красочного романа, но и вовсе воздушного шедевра.