Сержант запаса

Количество «н» при определении поэта зависит от степени его непризнанности, так что допустимы различные варианты. И если Вы не хотите рассказывать о себе сейчас и здесь, придется подобрать для Вас другую обстановку. Какую Вы предпочитаете?

– Ловко Вы выруливаете, Михаил! Чувствуется хвост трубой! Предпочитаю, чтобы во время рассказа лысые невоспитанные люди не выносили мебель.

– Ваш салат и ваша дорадо! – Официантка на лету, словно бомбардировщик, сбросила часть груза мне, направляясь к неприятелю в нашем стуле.

– Мало того, что стул упер, его еще и кормят вперед! – Проворчала я.

– Оставьте его, – поморщился Михаил. – Это гегемон, они не бывают другими. Простота, которая хуже воровства. Давайте о нас. Я желаю, чтобы мы еще повидались и пообщались. Только просто и доверительно, без лишней игры. Даже Вам это не нужно, право!

– Думаете без игры лучше? – Выдавила я лимон на рыбью тушку. – Давайте представим: Вы мне не спеша рассказываете, как вам хочется душевности от женщины, какие у вас были неудачные или удачные браки, каких успехов добились дети и как вас уважают на работе.

И я в ответ выдаю симметрию. Просто и доверительно. Неизвестно, с какой пьяной радости, правда, ведь мы едва знакомы.… И что? Лично мне уже скучно. А вам? Это я к тому, что игра и есть самое интересное. Все остальное как следствие.

– Я не говорил «без игры»! Я сказал «без лишней игры». – Напомнил Михаил. – И я не буду говорить Вам про свои бывшие брачные отношения, про своих бывших женщин. Это касается только меня.

Я не буду говорить про успехи детей и про степень уважение на работе. Это чересчур для Вас абстрактно и малоинтересно, поскольку Вы не знакомы ни с детьми, ни с работниками. Еще я не буду говорить про текущие производственные проблемы. Тон задаете Вы. Вы размечаете дорогу, я нахожу способ по ней идти. Вы ведете игру – я ведусь так, как привык и умею. Вы навязываете правила, я их принимаю. Или не принимаю. Думаю, что Вы это неплохо знаете. Так уж устроен мир. Я тоже об этом немного знаю.

– Хорошо. Давайте размечу, пока краска не высохла.

– О! – Проследил Михаил траекторию моей маслины от тарелки до рта. – Путем замысловатых логических размышлизмов и длительного скрупулезного анализа, я установил, что размечают хорошей быстросохнущей краской. Оказывается, разметка – это направляющая линия для меня, чтобы с пути не сбился! Как приятно ощущать неумолимую заботу о себе!

– Какая-то зловещесть есть в словосочетании «неумолимая забота».