«А существует ли любовь?» – спрашивают пожарники (сборник)

Я больше не могу так! Давай выдадим меня замуж. Я никогда не была замужем. В последнее время я все яснее чувствую: буду хорошей женой! Я веселая! Меня в больнице зовут «колокольчик». Говорят: чем больше бьют – тем больше звенишь! Ха-ха-ха! Все! Начинаю новую жизнь. – Пьет.

– «Колокольчик», да? – хохочет.

– За тебя! – Пьет.

– Главное – действовать. Я прочла свой гороскоп. Я – телец. Тельцы в этом году должны обязательно действовать! Если хотят чего-то достичь! Я хочу! Хоть чего-то… На днях читала «Наш район».

– «Жил отважный капитан»…

– «Но никто ему по-дружески не спел»! Понимаешь, на суше он все время ремонтируется в доках… и он никак не может познакомиться с… с суженой, – хохочет.

– В доках, – хохочет, – С суженой… – покатывается от смеха, – «Капитан, капитан, подтянитесь!»

– Слушай, а ты тоже веселая! – хохочет Подруга.

– Я тоже немного – колокольчик.

– Короче, звоню я в редакцию; дайте адрес капитана. Говорят: мы не брачная газета, у нас тысяча звонков по этому поводу. Но я решила: пишу письмо капитану и нахально отправляю в газету для пересылки. И пусть только попробуют не переслать. Я телец, у меня год действия – жалобами завалю!

– А статья жуткая, – усмехнулась Она.

– Значит, тоже читала?

– Нам эту газетенку в ящик кладут… Я представила себе все, что они пишут. Вечера одиноких «после тридцати»… Это конец света: зафиксированный он… зафиксированная она – стоят, как на случке, умирая от стыда.

– Это ты будешь умирать от стыда. А нормальные люди…

– Ну, если так хочется выйти замуж, поезжай на курорт, я не знаю! Ну, пойди в ресторан!

– Это опять ты – пойдешь в ресторан. Вернее, не дойдешь до ресторана… Выйдешь замуж по дороге! А человек с обычной внешностью… с нормальной… то есть с моей… Ты не представляешь, какая запись на эти вечера одиноких. Я позвонила туда утром. Отвечают: женские билеты у них распроданы до следующего года.

Мать вдруг яростно:

– Слушай, едем к нему, а?

– К кому!?

– Ну, к моему! Явимся сейчас, – вскочила, и огурцы посыпались с лица.

– Ты что?! Неудобно – поздно!

– А вот и хорошо, – бешено, – Одевайся!

– Слушай, сейчас двенадцатый час. Он… свободный человек… мало ли…

– А мы, воспитанные, звоним – и вопрос ему из-за двери: «Баба есть? Гони!» Исчерпывающе?! Что, не прогонит? Ради меня? Ну, скажи Вера?

– Прогонит.