Граничные хроники. В преддверии бури

Вот только его глаза все равно слезились. Видимо, переход на другое видение отозвался эхом на его нынешнем состоянии. Единственная радость – пыль теперь точно оседать на его глазах не будет.

Лиса вновь увидел те черные линии. Еле заметные на фоне небосвода. Только теперь они достаточно просматривались, ведь то, что неотвратимо приближалось к ним, было совсем рядом.

Истинный путник занес руку, попутно перебирая в голове наиболее действенное заклятие. Недалеко от него ударила молния, после чего последовал оглушающий раскат грома.

Какое-то мгновение… и круг, прочерченный магом, запылал синеватым пламенем, став чем-то похожим на сферу, внутри которой спрятались трое путников.

Шаровые молнии били теперь с изрядным постоянством, искры от тех, что попадали в сферу, рикошетили на их головы.

Ветер так и не унялся, скорее, набрал еще большие обороты. Он хлестал по лицам, пытаясь повалить неугодные препятствия, внезапно возникшие на его тропе.

Крыса поправил передатчик.

– Ты слышишь меня, Бакши? – негромко прошептал он, пытаясь не очень-то открывать рот.

Крыса не любил, когда нити шарфа лезут ему же в рот.

– Да, Кэллэх, – послышался голос Арвэя в наушниках.

– Держись центра, Бакши, – прошипело в наушниках казначея. – Что бы ни случилось, держись центра!

Арвэй Бакши сглотнул. Он не любил Изнанку, хотя она, как и многих других путников, звала казначея к себе. И отчасти ее-то ему и не хватало. Тамошнего ветра, багрового неба и зыбкой серебристой земли. Вот только желание выжить было у него побольше и существеннее, чем зов дна Великого Океана.

К тому же казначей не любил текучесть и непостоянство пепла, в котором боялся заблудиться и сгинуть навек, а также, чего уж скрывать, того, что обитает в недрах Изнанки, он страшился до дрожи в коленях. Ему и так часто снились кошмары.

Внезапно небо над головой Бакши осветилось каким-то невероятно ярким светом. На мгновение Арвэю показалось, что он ослеп.

Лишь через несколько бесконечно долгих мгновений он смог наконец нормально видеть, да и то ему пришлось еще руками протереть свои линзы, на которых образовались пыльные пятна.

Лучше бы он ослеп.

Вокруг него копошились непроглядные островки первородного мрака. Они то и дело ударялись о прозрачный серебристый свод защитного круга.

Свод прогибался под животным напором, готовый вот-вот рассыпаться прахом на пепельную землю. Повсюду летали искры, точно над головой казначея проходила высоковольтная линия.