Граничные хроники. В преддверии бури

Немедленно!

– Это истощит магов до конца, – затянул привычную песнь телепат.

– Передай им мои слова. Немедленно, Альберт. Мы зажаримся, если эта дрянь считает Лабиринт Изнанкой, а Темный этаж – классиками.

Тот не ответил. Промолчал, понимая всю бесполезность доказывать этому упрямому путнику его недальновидность. Сосредоточился. Внутренне прощупал всех близких к установленному кордону бойцов и лишь затем послал им приказ Дэзмунда.

– Меры предприняты, – спустя какое-то мгновение сообщил он. – Все оповещены.

– Видеосвязь налажена, – чуть ли не перебивая Альберта, заговорил Брай.

Мгновение – и серкулус уже внимательно внимал речам киборга. В свете монитора лицо Железной Башки Брая отсвечивало синим, давно не мытые, выкрашенные в оранжево-бордовый цвет волосы не теряли свою окраску даже при плохой связи. Они слизистыми стручками свисали до плеч. Малопривлекательное зрелище. К тому же, эти постоянные помехи делали его внешность еще более неприятной.

– Я подключился к аварийной системе заслона, – пояснил киборг.

 – В ареале шесть камер, к которым мне удалось пробиться. Они будут транслировать информацию поочередно. Картинка будет идти с опозданием в семь-восемь секунд. Переключитесь на четвертичный параметр, чтобы не терять со мной связь.

– Хорошо, Брай, – ответил ему Дэзмунд Смитт.

Дэз хоть и не был самым продвинутым пользователем технических новинок и техники в целом, но он все же мог, хоть как-то, понимать несложные функции, о которых говорил киборг. Ему стоило нескольких драгоценных мгновений, чтобы сориентироваться и включить нужную клавишу на выдвижной панельке планшета.

Лишь только его палец коснулся мнимой кнопки, в воздухе, поверх вещательного окна Брая, выплыли четыре небольших одномерных пластины, в которых под разными углами показывали комнаты и коридоры Темного этажа, находящегося в оцепленной зоне.

Все выглядело ужасно. Может, всему виной стало инфракрасное видение, искажающее и без того покореженные поверхности. Казалось, там прошелся ураган, выворачивающий наружу все на своем пути.

Кое-где до сих пор горел магический огонь. Их огонь. Темные потеки эктоплазмы в непривычном цвете отсвечивали желтизной. И их было много, так много, как будто это был след от слизня, движущегося по туннелю на свой лад.

Хорошо, что подсчет убытков не лежал на плечах серкулуса. Для этого существовал Арвэй. Тот самый человек, который сегодня умудрился впервые на его памяти пропустить свой законный завтрак.