Девочка по имени Ривер

Хотя ее, конечно, надо бы отнести к ветеринару, обследовать. И в ближайшее время Федя сумеет ее уговорить. А палец тяпнутый нагноился, хотя он сразу рану тщательно обработал. Значит, надо ее обследовать и лечить.

– Ну как же так? Это же опасно! Это не шутки! – всполошилась бабушка.

– А никто про шутки и не говорит. Все будет хорошо, бабуль, не волнуйся. Вот он меня на дачу отправил, потому что видит, что я тоже переживаю за него, боюсь. А ему надо сейчас просто палец вылечить и от бешенства проколоться.

Хотя он уверен, что бешенства у нее нет, по внешним признакам по крайней мере.

– Если бешенство, их ведь сразу уничтожают? – спросила Маруся.

– Давай пока не будем об этом. Федя уверен, что завтра сможет с кошкой договориться. И все будет тогда понятно. Обследуют, диагноз поставят. Я вам все расскажу.

– Ох, грехи наши тяжкие. Каждый день сюрпризы, – пожаловалась бабушка, – Теперь вот за Федю еще бояться…

– А неужели ты боишься, бабуль? – поразилась Маруся.

Бабушка всегда выглядела такой уверенной и спокойной, что казалось, страх ей неведом.

– Боюсь, – спокойно ответила бабушка. – Больше всего боюсь кого-то из близких потерять. Боюсь пережить кого-то из любимых. Потому что это неправильно и несправедливо. Молюсь о вас всех, о том, чтоб здоровые были. Остальное – беситесь, как хотите.

– А мы разве бесимся? – удивилась Алька.

– А то нет? Каждый по-своему. Со своими закидонами. Вон папа твой: зачем он при жене и двух детях по горам шастает? Альпинизм – это риск для жизни ежеминутный.

Покоряет горные вершины, а мама твоя изводится. И я вместе с ней.

– Не надо, бабуль! Все будет хорошо! Главное – о плохом не думать, – встревожилась Маруся.

В сердце ее многие годы жил страх за мужа. Она научилась с ним договариваться, справляться. Самое важное было: молчать и думать только о хорошем. Они обо всем договорились перед свадьбой. Маруся знала, что ее любимый не представляет себе жизнь без покорения вершин, без экстремальных путешествий.

И без нее, Маруси, тоже не представляет. Но, зная себя, Саша честно предупредил, что не сможет вынести монотонное существование по формуле «работа – дом» больше трех месяцев. Да, он тогда готовился к защите кандидатской, да, он преподавал в университете, да, он был однолюбом, мечтающим прожить со своей избранницей всю оставшуюся жизнь. И при этом силу свою он черпал в опасных восхождениях. И про жизнь понимал там же.