Дом на волне… Пьесы

А что – бывает…

Дед. Не-ет! Мы бы по борщу определили сразу: сол-персол, разговоров колесо, любовь – она сразу пускает сок. А женщина на виду – по ней все видно.

Капитан. Это верно. Заметили бы. Да я и не против. Если любовь – дай Бог, как говорится, на счастье. Что в кают-компании говорят?

Дед. Старпом-радист вокруг кокши прикалывается. Не любит она разговоры про мужиков и ухаживания, так он при ней и извивается, как змей-искуситель.

Капитан. Что это с ним? Заигрывает?

Дед. Нет.

Это он так свою роль старшего помощника играет – отвлекает экипаж от усталости и печали. Вчера рассказывал, как захотела одна повариха женить на себе третьего механика.

Капитан. Нашего третьего – Степана?

Дед. Нет. Наш Степан сам себе пан.

Капитан. Ну, пан-не пан, а баянист завидный. Так что она придумала?

Дед. Приходит радист-артист ко мне просит: отпусти Степана в артелку, повару помочь мясо переложить. Я отпустил. А он – искуситель – с умыслом: чтобы закрыть их там, случайно как бы, типа – замок на двери защелкнулся…

Капитан.

Так это у нас, все-таки?

Дед. Не-ет, капитан. Не волнуйся. Это на другом судне было. Дверь захлопнулась, а в артелке температура низкая. Замерзать механик с поварихой начали. Пока их нашли там и открыли, они по пять кило в весе сбросили…

Капитан. От холода?

Дед. Ты чего, друг, не понимаешь? От любви! Моментально у них там любовь вспыхнула, как средство выживания при низкой температуре. Потому и похудели…

Капитан.

А повару нашему – Катерине Сергеевне – эта байка зачем?

Дед. А это вопрос не ко мне. Есть, значит, у нее интерес.

Капитан. А Степану, гармонисту-механику?

Дед. Вот. Правильно говоришь. В корень. Вчера в городе, третий механик наш, Степан-баянист, землячку встретил. Вот это любовь! С первого взгляда!

Капитан. Какую землячку? В Тунисе?

Дед. Ну, да, в Тунисе. Чему удивляться? Наш народ сейчас валом валит из страны: кто на заработки, кто за товаром, кто в музеи походить, а кто в баре посидеть.

Как мы вчера. В баре сидели, смотрели, как корейские рыбаки с двумя нашими в рейс провожались. Половину бара к себе переманили, пивом угощали, русскую «катюшу» петь учили. Весело гуляли, скажу я тебе.

Капитан. И вы к ним?

Дед. По-морскому, как учили: бутылку взяли и поздравили хлопцев. А Степан так распелся, что с улицы народ заходил. Ты ж его знаешь – когда гармонь есть.

Дед.