Жизнь

Душа просит граммов 50, после вчерашнего. Я такой раздраженный был, когда похмелиться хотел, а не было чем.

На это Элен ему ничего не ответила, лишь стиснув зубы, сказала:

– Спасибо!

И вылетела пулей из его квартиры. Она даже не заметила то, как быстро очутилась у себя. Открывая бутылку вина, ругалась на дядю Борю. Ира на нее смотрела удивленным взглядом.

– Что случилось? – спросила Ира.

– Да этот сосед меня достал уже обвинять в том, чего нет. Представляешь, он практически в открытую сказал, что я алкоголичка и стал меня жизни учить.

Что за люди, неужели нельзя тупо дать штопор, без всех этих дурацких вопросов и чтений нотаций. Кошмар какой-то!

– Да, что с тобой происходит? Я тебя такой нервной никогда не видела.

Тут Элен расплакалась. Ира, хотела было, ее начать успокаивать, как та наотрез сказала:

– Всё, хватит! Пора покончить со всей этой херней, которая происходит вокруг меня. И наконец, сделать правильный выбор.

Элен не спеша наполнила бокалы вином и села рядом с Ирой.

– Подруга, да что же с тобой такое?! Ты просто таешь на глазах. Рассказывай, что с тобой происходит.

– Я уволилась с работы.

– Что? Почему?

– Я не смогла больше это выдерживать.

– Странно, мне казалось, что она тебе очень нравится.

– Да Ир, нравилась, еще как нравилась. Я была просто в восторге от всего и от всех. Отличные коллеги, непыльная работа, да и ехать от дома недалеко. Что может быть лучше?!

– Ничего не понимаю.

– Первое время я приходила туда с каким-то недоверием, потому что знала, что все просто и отлично не бывает.

– Почему?

– Хотя бы потому, что это я!

– Почему ты так к себе относишься? В жизни бывают, как белые, так и черные полосы. Не зря же говорят, что человеческая жизнь сплошная зебра. Просто у кого-то в жизни больше белых, а у кого-то больше черных полос.

– Ирочка, ты даже не представляешь, что жизнь моя это сплошные черные полосы, а вместо белых – серые.

У меня самое большое счастье длилось максимум неделю за последнее время. Как же я хочу стать снова маленькой девочкой, которая радовалась каждой конфете, каждой кукле, которую мне покупали родители и бабушка. А что теперь? Ничего, понимаешь… ничего! Все как-то ни так, как должно быть. Ты сама должна понимать, что у каждого человека должна быть какая-та отдушина, а у меня ничего нет, со мной за последнее время творится что-то только ужасное.