Остап Бендер в Крыму

 – Я ее купил у матроса…

– У какого матроса, капитан Крокос? – с усмешкой взглянул на него Желез-нов.

– Ну… я представлю его, как свидетеля, на суде…

– Что же, это ваше законное право.

– Честь имею, господин начальник, – взялся за ручку двери капитан задержанной шхуны.

– До свидания, господин Крокос, – Железнов проводил моряка до выхода из кабинета.

В комнате флигеля, которую снимала у Коростылевой Любка, была вечеринка. За столом, заставленным тарелками и бутылками, сидели Барсуков, Любка и Сопов.

В руках Барсукова была колода карт, которую он перебирал с ловкостью опытного игрока. Сопов держал гитару, струны которой под его пальцами издавали лирические аккорды романса. Открылась дверь, и Коростылева ввела в комнату Богданову. Девушка со смущением на лице остановилась у входа, глядя на сидящих за столом.

– Ну вот и она, постоялка моя новая… Любите и жалуйте ее, аисты, – подтолкнула Богданову хозяйка.

– С ума сойти – какой красоты женщина! – воскликнул Барсуков.

– Чисто русская красота, – промолвил Сопов.

– Девочка, идите к нам, – протянул к ней руки Барсуков. Любка встала и ревниво произнесла:

– Замяукали коты, глядя на сало, – пододвинула гостье стул. – Садись, ее Кирой зовут, чтобы знали.

Кира робко опустилась на стул. Коростылева присела к столу тоже. Барсуков пристально продолжал рассматривать Киру, затем сказал:

– Ешь, пей, дитя мое, смотри, как мы живем… – Затем повернул голову к Сопову.

 – Так что, Яша, не хочешь? – затрещал он колодой карт.

– Он не хочет, не хочет с тобой играть, Вадим, – сердито проговорила Любка. – Ну-ка, Яшенька, ударь по струнам.

Сопов рванул струны и запел высоким тенором.

– Любка, я не на валюту, – зло бросил Барсуков. – Плевал я на нее! Любка прижалась к нему и промурлыкала нежно-просительно:

– Вадя, все равно не надо играть… Барсуков отстранил Любку, говоря:

– Нет, я хочу играть на выстрел! – и повторил: – Играю на выстрел!

Сопов умолк, оборвав аккорд.

Некоторое время смотрел на Барсукова и ответил:

– Хорошо. Ставлю свою жизнь. Мечи, Вадим. Кира обвела взглядом обоих и сказала:

– Пригласили меня, а сами будете играть в карты? Лучше выпьем, а? Барсуков швырнул колоду и взял стакан:

– Твои уста, девочка, истину глаголят!

Сопов налил Кире, всем, хотел налить себе и отметил:

– Ну вот, вина ни капли, это же свинство, господа!..