Остап Бендер и Воронцовский дворец

Вот, пожалуйста, – подала справку сотрудница бюро.

– Надо что-то заплатить? – спросил Остап.

– Нет-нет, справки выдаем бесплатно, товарищ, – последовал ответ.

В справке значилось два адреса: один по улице Лазаревской, а другой – по Нагорной. По первому адресу проживал Мацков Михаил Семенович, по другому Моисей Самуэльевич.

Балаганов, заглядывающий в справку через плечо своего командора, воскликнул:

– Смотрите, Самуэльевич! Как и отчество нашего Паниковского.

– Да, Паниковского братца, – кивнул Козлевич, – верно.

– Вперед, друзья-товарищи, дело зовет, – скомандовал глава единомышленников, затем сказал: – Как известно, голуби, фотографией в основном занимались евреи…

– И сейчас, командор, сколько мы встречали их, и на пляже, и в таких фотографиях, – определил Балаганов.

– В Одессе я знал хорошего фотографа Арона Наумовича, камрады. И что же, как мне известно, ему пришлось уехать за кордон и из-за петлюровцев, и от других погромов… Остановите, Адам, надо спросить, где эта Лазаревская.

А в Москве я встречал фотографа Кацмана Шому Изральевича. Отличный человек, скажу я вам, детушки.

– И в Бердичеве, как я помню, Остап Ибрагимович, был фотограф Рабинович, – высказался Козлевич, остановив автомобиль.

– Вы были в Бердичеве, Адам? Интересно… Но об этом потом, когда у нас будет свободное время в нашем уплотненном поиске. Так вот, мы должны начать с Мацкова Моисея Самуэльевича… Но мы поедем всё же по первому адресу, к Михаилу Семеновичу Мацкову, друзья.

– Почему, командор? – обернулся впереди сидящий рыжеволосый член компании.

– Да потому, что сама фамилия Мацков не внушает доверия, что она еврейская, это раз.

– А Моисей Самуэльевич? – не сдавался Балаганов. – Как и у Паниковского ведь отчество, командор?

Остап недовольно смотрел на своего названного брата, который усомнился в правильности решения его, Остапа Бендера, и повторил:

– Это раз. Во-вторых, всегда надо вести дела по порядку.

Значится здесь Михаил Семенович первым, – взмахнул справкой Бендер, – значит, к первому и едем.

После распросов выехали на Лазаревскую. Адам Казимирович остановил было «майбах» возле нужного им номера, но Бендер сказал:

– Дальше, дальше, проезжайте, Адам. Нечего нам перед окнами дома блистать своей роскошью.

Автомобиль проехал квартал и высадил Остапа, который пошел к нужному им дому уже пешком.