Всегда бывает первый раз (сборник)

Ты еще родишь себе кого-нибудь.

– Кого? – Эта мысль тогда почему-то показалась Натке кощунственной.

– Девочку или мальчика, – ответила Аленка, не заметив перемены в голосе сестры, – нового ребеночка.

– Нового? – Натка сглотнула застрявший в горле ком. – Новых детей не бывает.

Через несколько лет и цистерну страданий у нее родился Валерка, но отношения с Аленкой перестали быть такими же теплыми, как раньше. Сестры практически не созванивались, пересекались на днях рождения родственников, перебрасывались общими фразами и не пытались вести задушевных разговоров.

У каждой была своя жизнь, в которой не находилось ни места, ни времени для раздумий о возможном восстановлении прежней близости. Да и как склеить то, что сломалось? Одного желания мало. Хотя, возможно, и его оказалось бы достаточно, будь оно обоюдным. Но Натка мириться не хотела. Ей почему-то нравилось культивировать в себе обиду и чувствовать себя несчастной. И даже тогда, когда судьба предоставила реальный шанс все исправить, она легкомысленно им не воспользовалась.

– Аленка в больнице! – Мамин звонок застал Натку где-то между коробкой с книгами и отказывающимся закрываться чемоданом.

– Что случилось?!

– Выкидыш. Срок шесть недель.

– Она с ума сошла?! Ей же нельзя!

– Можно – нельзя… Сейчас это не имеет никакого значения. Она плачет, переживает. Ну ты же понимаешь… – Мама тактично замялась.

– Понимаю, – спокойно ответила Натка и добавила с холодком: – Пройдет.

– Наверное, – мама помолчала немного и попросила: – Нат, ты бы съездила к ней.

– Мам, у нас самолет послезавтра. В квартире черт голову сломит, я не знаю, за что браться, а ты предлагаешь все бросить и ехать вести с Аленой душеспасительные беседы? Ко мне, между прочим, никто тогда не приезжал.

– У Аленки была месячная Маруся. У нее кардинально поменялась жизнь. Разве она могла?

«Если не она, то ты могла бы приехать», – подумала Натка и снова возразила:

– У меня тоже кардинально меняется жизнь.

Так меняется – не позавидуешь.

– Ну почему ты такая обидчивая?!

– Не знаю. Ты меня родила.

– Натка, это неправильно.

– Разве? А говорят: долг платежом красен.

– Только не между родными людьми.

– Ладно, говори адрес.

Конечно, охранник ее не пустил. «Карантин и все такое…» За «всем таким» Натка лазить в карман, чтобы потом сунуть это в потные ладони, никогда не умела.