Литература ONLINE (сборник)

У Эрнесто ноги почему-то сразу перестали бежать, а сердце заколотилось быстро-быстро. Он хотел что-то ответить, но горло стало сухим, и ответить не получилось.

И тут Валька вновь соригинальничал: отделившись от приятелей, он пошёл было в его сторону, но неожиданно остановился, махнул рукой (типа «ну его») и вернулся к ним назад.

Эрнесто был потрясен. В другое время он даже возможно счёл бы поступок Вальки оскорбительным. В другое время… но не в этот день. Тогда же он осознал только главное: драки не будет не по его вине, и побежал с книгой домой.

И вот с тех пор прошло несколько месяцев, в течение которых Эрнесто каждые два-три дня брал новую книгу «под честное слово». Девушка, которую, как оказалось, зовут Ирина Георгиевна, ввела его за руку в совершенно особенный мир Ги де Мопассана и Гюго, Булгакова и Фаулза, Пикуля и Ремарка, Андахази и Переса-Реверте, Ван Гулика и Мураками… И каждый раз, давая ему новую книгу, она спрашивала: «Когда сможешь её вернуть?», а он обычно отвечал: «Послезавтра», или к примеру: «В понедельник».

Она шутливо спрашивала: «Слово?», а он очень серьёзно отвечал: «Слово!». И ни разу ещё не нарушил им же самим установленного срока.

За этой, скрупулезно им соблюдаемой, добросовестностью скрывалась, конечно же веская причина: ему не всегда были понятны предложенные ему книги, и не всегда он их умел осилить до конца, но зато всегда, абсолютно всегда ему хотелось возвращаться и вновь тонуть в этих бездонных голубых озёрах её глаз, которые еженощно врывались в его сны, особенно под утро.

К тому морозному предрождественскому дню, когда он обманул отчима, Эрнесто уже просто не мог представить своей жизни без Ирины Георгиевны.

* * *

…Идти было не так уж и далеко – две автобусные остановки – но в такой мороз привычная дорога стала для него сущим мучением. Он даже решил было дождаться автобуса, но, глядя на заиндевелую толпу ожидающих, предпочёл всё же идти пешком.

А когда добрался, звеня застывшими ногами и предвкушая, что его подвиг будет оценён, он уперся лбом в закрытую дверь.

Подёргал – та не открывалась. В отчаяньи начал стучать. Наконец открыл какой-то пожилой дядька – сторож, судя по всему – и сказал ему строго:

– Чего стучишь-то? Не работаем сегодня.

– П-почему? – выдавил он из себя побелевшими от холода губами.

– Как почему? – удивился тот. – Мороз вона какой, трубы тута полетели!

Ещё немного поворчав, сторож ушел, а Эрнесто так и остался стоять на морозе: огорчённый, почти плачущий.