Догони свое время

Там, в столице, происходило невероятное: путч проваливался. Все ждали чуда. Радовались за победителей. Наконец-то будем жить по человеческим законам, как большинство стран в мире, нормальной жизнью. А как же?! Ведь победил народ!

Но действительность оказалась более прозаической, неожиданной и трагичной. Как тут не вспомнить строчки Николая Рубцова: «Всё было весёлым вначале, всё стало печальным в конце…» Могучий Советский Союз, раздираемый местными партийными князьками, пал в одно мгновение, как загнанная лошадь.

И начался вселенский жор. Власть имущие, потеряв остатки совести, вместе с уголовным отребьем глотали и не давились. Глотали и не давились, оставив с носом тех, кто создавал материальную основу страны, кто действительно устал от лишений и бестолковщины.

Совершилось то, о чём писал бунтарный Бакунин около века назад: «Нам надо войти в союз со всеми ворами и разбойниками русской земли» Правда, Бакунин отрицал собственность в теории, а сегодняшние воротилы отрицают чужую, кровную собственность, на практике: «Вам не положено! Отдай!»

Страна, нет, вернее часть страны, её большая часть, повернула так круто, что сразу забылись все нравственные нормы и предварительные обещания властей.

Деньги – это воплощение материи в знаках, а материя, как известно, не исчезает и не возникает вновь, она только видоизменяется. Если где-то прибавилось, то должно где-то на столько же убавиться. Это знали так давно, что и говорить не надо…

Грустно.

После десятилетия монетарного государства у меня написались следующие стихи о том, что произошло со всеми нами и с нашей страной.

Живая вода

Блюминги, слябинги, домны, мартены,

Живая вода в решете…

Всё это – Ивана, сына Матрёны,

Того, кто живёт во тщете.

В домнах чугун, а в мартенах – железо,

В скважинах – нефти потоп.

Иван оглянулся – всё мигом исчезло,

Осталось в руках решето.

Зелёная медь орденов и медалей…

Ивану награды – не впрок!

Пришли говорливые люди и дали

Кличку Ивану – «Совок!»

Потом заманили в словесные дебри

И разум – за ум завели.

Иудины дети, полпреды отребья

И новых вождей холуи.

Блюминги, слябинги, домны, мартены,

Нефть, как живая вода —

Всё это Ивану, сыну Матрёны,

Уже не видать никогда.

– Врёте, поганцы! Ещё ведь не вечер! —

Ему донеслось от молвы.

Поднялся Иван, распрямил свои плечи…

Глядь, а он – ниже травы.