Гряда, или Чёрная сторона луны

***

Для подготовки обложки издания использована картина художника Владислава Коваля «Беседа с духом».

*****

Тихой сапой

(вместо пролога)

Глухие удары лопаты о мягкий грунт в полутёмном подземелье были едва слышны. Они заглушались более громким и учащённым дыханием человека, который копал не переставая. Блики фонаря напарника, стоявшего сзади помогали плохо. Приходилось работать полусогнувшись, и это обстоятельство тоже затрудняли продвижение. Но человек упорно копал и копал, постепенно продвигаясь вперёд.

– Как там, Лёха? – спросил напарник. – Грунт поддаётся?

– Чёрт знает что! – с досадой процедил копающий. – Гляди, опять стали попадаться человеческие кости. Здесь, вроде, раньше располагалось большое кладбище. Ох, и нагрешили мы, однако…

– Я слышал, таким образом иногда грабят банки. Гы-гы, с таким туннелем мы бы точно обогатились.

– Эй, что вы там лопочите? – раздался из темноты третий голос, который был намного сильнее и строже.

 – Какие ещё грехи? Какие банки?! Именно из-за проклятых банкиров мы и живём так плохо! И ради такого святого дела, как наше, можно и бо?льшие грехи взять на душу. Работайте быстрее!

Напарник землекопа стал молчком набивать в мешок отваленной землёй, передал третьему, тот – уже четвёртому. В узком тоннеле мог протиснуться лишь один человек, и этот четвёртый, с фонариком на лбу, потянул мешок куда-то прочь.

– Чувствуя я, – раздался вновь голос третьего, – мы уже близки к цели.

К великой цели… – Тональность голоса даже в столь мрачном месте, отдающем сыростью, зазвучала торжественно и торжествующе: – Мы станем знаменосцами новой эры…

Гл. 1. Ой, где был я вчера…

Сорокадвухлетний корреспондент газеты «Волженская правда» Владимир Павшук проснулся рано, что уже само по себе было нонсенсом. Обычное время подъёма для него – около девяти утра. А тут пришлось подниматься аж в семь часов!

Он вяло проплюхал в туалет, после на кухню, где долго соображал, что взять в дорогу из продуктов.

Возвращаясь в спальню, Владимир приостановился напротив большого зеркала, посмотрел в отражение полусонным взглядом: оттуда на него тоже смотрел недовольный тип с рыжеватыми усиками и небольшими залысинами спереди.

– М-да, так вот ты какой – человече начала двадцать первого века… – самокритически промычал он, и слегка потряс ну о-очень тяжёлой головой.