Другая история

 – Алексей посмотрел на нее странно, как будто буравя насквозь. Она почти физически ощутила его взгляд. – Сейчас ты работаешь с табличками, и хочешь работать с людьми. Тогда тебе, наверно, придется узнать о них кое-что. Не обещаю, что тебе все это придется по душе – но работать ты с ними сможешь. И еще – если есть что-нибудь личное, что будет тебе мешать – мы сможем это исправить. Точнее, ты сможешь.

– Что значит – «мешать» и «исправить»?

– Если мы увидим, что что-то внутри тебя не позволяет работать с людьми так, чтобы результаты были такими, каких ты захочешь, я сделаю для тебя… коррекционную работу, помогу провести нужные изменения.

Я буду просто инструментом. В определенном смысле, можно это сравнить с ловлей рыбы – представь: у меня есть лодка, я держу ее исправной. У меня и снасти есть – тоже в полном порядке. Я умею управлять лодкой, обойти камни у берега, знаю, где водится рыба и как вернуться домой, если испортилась погода. Но рыбу ловишь ты.

Ольга поймала себя на дурацкой улыбке.

Ну, вот – едва знакомы, а ее уже, практически, приглашают на рыбалку. Все мужчины устроены одинаково. Алексей продолжал.

– Но… у этого есть цена.

Ольга удивилась. Вот это да – и что он ей собирается предложить? Или – чего он от нее хочет?

– Это не цена, которую придется выплачивать, нет, – Алексей поймал ее взгляд. – Скорее, это цена, которую придется принять.

– Какая же? Что ты имеешь в виду?

– Это одиночество.

Ольга смотрела на него с непониманием.

– В смысле?

– В прямом. Из моего опыта, те, кто идут туда, куда на самом деле хотят, становятся очень одинокими людьми.

– Не женятся, замуж не выходят?

– Не обязательно. Скорее… – Алексей задумался. – Нет, для окружающих они привлекательны – по крайней мере, на первый взгляд. Но когда окружающие подходят к таким людям ближе – как будто что-то отталкивает их друг от друга. Некоторым кажется, что на это можно наплевать, и тогда кто-нибудь женится или выходит замуж за такого человека.

Но он как будто знакомится только с его небольшой частью. А остальное остается незнакомым и непонятным – и для мужей, и для жен. Я бы сказал, наверно, не только незнакомым и непонятным, но даже пугающим.

– Почему?!

– Потому, что когда ты начинаешь двигаться туда, куда тебе нужно, людей приходится оставить и смотреть на них со стороны. А потом… потом возвращаться к ним уже не хочется.

Ольга потерла лоб.