Площадь Соловецких Юнг

Посмотрела только на Славу с непередаваемым выражением возмущения и кокетства, дернула плечами и пошла, совсем уже гротескно раскручивая зад.

Слава с ухмылкой поскреб затылок – да уж, всюду жизнь. Последний раз окинув взглядом подсвеченные округлые емкости, которые придавали затрапезному холлу какой-то космический вид, новоиспеченный охранник двинулся к гардеробу, где старший смены отвел им место дневной дисклокации.

Кондрат, как и Славик и рассчитывал, не терял времени даром. На столе гордо темнела остывшей заваркой литровая банка, стояли разномастные кружки с отбитыми ручками и сладости к чаю – наполовину обломанный круг подкопченной колбасы, банка маринованный огурчиков и неряшливо нарезанные куски черного хлеба.

Из кружек несло таким суррогатом, что Слава не удержался от гримасы.

– Ну и что ты рожу корчишь? Непьющий, тоже мне, фон барон. Вот обязательно надо хорошим людям настроение испортить…

– Да ладно тебе – Слава бы настроен миролюбиво – Ты под градусом, жизнь налаживается, что бухтишь? Настроение я людям порчу… и давно ли ты стал о себе во множественном числе говорить?

И вот тут Слава осекся, потому что, действительно, Кондрат был не один.

За столом возле окна примостилась глазастая черноволосая девушка. Опешивший от неожиданности Славик заметил только блестевшие смехом черные глаза и рассыпанные по плечам отливающие вороным блеском волосы.

– Вот так, Света, ты посмотри на элиту охранной деятельности – к нам нимфа, можно сказать, с небес спустилась, а он не только ничего вокруг не замечает, он еще и ее не замечает… куда охрана катиться? А между прочим, ты именно ее должен беречь, как зеницу твоего позорного трезвого ока.

– Вы Света? – взял меленькую теплую кисть сраженный наповал Слава и прикоснулся к ней губами. Девушка порозовела от удовольствия и быстро ответила.

– Да, Света, очень приятно, а вас как зовут?

– Вячеслав… да просто – Славик. А каким счастливым ветром…

– Меня сюда родные сдали.

Слава, не зная что ответить и как реагировать, сел на расшатанный стул и брякнул.

– Очень приятно…то есть, очень приятно познакомится, а не то, что вас сюда… как это понять – сдали?

– Я – калека.

– В смысле?

– Как это – в смысле? Я калека в смысле калека. Вот – она указала за спину и Слава, немея от неловкости, увидел коричневые, с облупившейся краской костыли. – Детский церебральный паралич…ну, не очень сильный. Я хожу на костылях. Я даже бегала. Одно время занималась бегом.