130 дней

Маркиза прижала уши, сама прижалась к земле, сильно задрожала. Стало очень страшно. Но странно: дети даже не оглянулись, взрослые – тоже. Не похоже, чтобы началась война, хотя что-то подобное Маркиза видела в выпусках «Новостей».

В этот момент из-за угла дома появился источник шума – толстый бородатый мужчина на черном байке. Мотоцикл сверкал в лучах холодного солнца. Мужчина припарковался недалеко от куста, где пряталась Маркиза. Шум прекратился. Мужчина достал сигарету. Медленно прикурил. Походкой медведя направился в подъезд.

Ропот женщин сопровождал его, пока входная дверь не захлопнулась за ним. Но он не обращал внимания на разговоры, кажется, даже вообще ничего не слышал. Маркиза разглядела у него в ушах какие-то белые пробки. «Глухой, должно быть», – подумала она.

Еще час ушел на то, чтобы отойти от шока и восстановить сердцебиение. Стало темнеть. И холодать. Маркизе захотелось домой. Но она даже себе не признавалась в этом. В ее подъезд никто больше не заходил. Свет в квартире горел, шторы были задернуты… Служанка к окну так и не подошла.

Пожалуй, первый раз в жизни Маркиза пропустила ужин. Она невольно посмотрела в сторону своей кухни. Проклятый Рэвик! Наверное, сидит там, чавкает, пожирает свою порцию… А ей уже давно не перепадало ни рыбки, ни свежей печенки! Ну нет, она будет сильной, она сделает все, как задумала…

Когда совсем стемнело и люди разошлись со двора, Маркиза решила, что пора искать теплое место для ночлега. Дождавшись подходящей минуты, медленными бесшумными шагами кошка вышла из куста.

Потянулась.

«Бедные мои лапки, затекли, – думала она, грациозно выставляя передние лапы и прогибаясь в спине… Но некому было оценить ее совершенство… Служанка иногда ласково называла ее «маленькой пантерой». Маленькой, потому что Маркиза была на удивление изящной и миниатюрной. И быстрой, как молния. Именно такой взгляд она бросила на свои окна… Но это было последнее колебание.

Затем Маркиза величественно подняла голову.

Прислушалась. Тишина. Медленными, но уверенными шагами кошка направилась прочь – но куда, она и сама не знала.

Так она шла долго, огибая лужи, и брезгливо морщила носик и фыркала, если все-таки не удавалось остаться совсем сухой. Порядком устав, подошла к небольшому зданию, кажется, не жилому. У здания были на удивление теплые стены. Хотелось проникнуть внутрь, но проходов не было.

Спокойствие и тишина окутывали улицу. Даже дуновения ветра не было.