Сполохи детства

Там вообще никаких проблем нет. Ни хуя нет… И ты летишь, летишь, летишь. Можно и глюки словить. Попробовать хошь?

– Нет, – решительно отказался я. Во мне всегда присутствовал страх перед утратой рассудка. Мне казалось, это жутко – сидеть в подвале с пакетом на голове, не контролируя ситуацию.

Интуиция не подвела, я не ошибся в своих параноидальных страхах. Паренек, который должен был снять пакеты с токсикоманов, решил сам тоже кайфануть – пока остальные в отключке. Совсем немного, чуть-чуть, только, чтобы почувствовать привычное расслабление… В результате, сантехник спустя трое суток обнаружил в подвале четыре трупа с пакетами на головах…

Но не будем забегать вперед.

До предательства Оли, до знакомства с Артемом (с детства я дружил почти с одними только хулиганами), еще было далеко…

* * *

Сполохи детства расцветают радужными пятнами. В них я вижу железную ограду детского сада. Убогую игровую площадку с врытыми в землю шинами от грузовиков. Загаженную бычками и мусором, пахнущую мочой беседку – по вечерам в детских садиках распивали водку, пиво и вино местные алкаши.

Асфальт в мокрых пятнах луж. На нем девочка на несколько лет старше меня рисует классики белым и розовым мелом. Как же я любил ее – школьницу второго класса по имени Арина. Она приходила в детский сад после школы с подружками, почти каждый день. Здесь был хороший асфальт, и можно было чертить на нем мелом. Девчонки скакали по классикам и прыгали через резиночку. А я просто стоял и разговаривал с ними, принятый в их взрослую девчачью компанию и ощущавший по этому поводу настоящее счастье.

– Степ, ты, когда подрастешь, женишься на мне? – спрашивала Арина.

– Да! – я кивал снова и снова. А девчонки хохотали. Им очень нравилась эта игра в «жениха и невесту». И никто не собирался меня дразнить, потому что сама Арина, заводила в их компании, была очень серьезна.

– Отлично, – говорила она и грозила пальчиком. – Смотри, не обмани. А то один моей маме обещал.

А сам так и не женился. Вы, мужчины, все такие.

Однажды Арина наклонилась и поцеловала меня в щеку. До сих пор помню, как я смутился, и почувствовал, как от сладкого чувства ослабели ноги…

* * *

Через многие годы я приехал в район детства. Я пересекал двор возле давно закрытого и заброшенного детского сада, и вдруг встретил ее… Она была в школьной форме. Шла мне навстречу. Остановилась, уставилась во все глаза. Я смутился, прошел мимо.