Небесная черная метка

Негативное последствие грубых ошибок, просчетов, неудач собираются в угрожающую силу, готовую не то, чтобы потрепать миллиардное население новыми эпидемиями и катастрофами – саму планету превратить в облако пыли. Сколько исполинских умов тонкой вязью изощренной мысли пробовали объяснить вековечную загадку гармонии! И, между тем, если бы им сполна это удалось, мне не было бы нужды бродить здесь в кромешной тьме. Да что там! В самом деле, правильно мне говорят мои немногочисленные друзья: выбрось этот невнятный туман, эту дурость из головы, живи просто, как мы, довольствуйся уже тем, что есть, мол, каждому сверчку свой шесток.

Будет горько – выпей стопку. Приземли свою мечту. Может быть, я так и сделаю… причем сегодня. Вот приду домой, сожгу все свои записки, томики любимых писателей, зарекусь никогда не думать о том, что лучше не знать. Баста! Работа у меня уже есть, есть и возможность перейти на более респектабельное место. Подыщу какое-нибудь увлечение, и не одно сыщу хобби. Останется изыскать способ, как снова подступиться к Тане. Она будет мой самый близкий человека, который и дополнит, чего мне недостает. Еще лучше суметь оставить Таню в прошлом – найти другую представительницу женской половины человечества. Не столь важно конкретное имя. Она – женщина! Великое, благодатное создание природы! Она сможет заслонить своим богатым естеством тот дальний свет, что непонятно тревожит и восхищает. Ее осторожность, внимательность, чуткость, мягкость, ее строгая изобретательность и инстинктивное влечение к дому, теплу, ласке – вот, что мне нужно и что я смогу обрести, поселившись с ней под одной крышей. Я ее буду любить и в одеянии нимфы, и кормящей наших детей, и с веником и тряпкой, прибирающей наш дом. Как бы только скорее увидеться, встретиться! Я хочу верить, что отчасти она такая же мечтательница, как, по большей части, и я. Это важно, потому что главное в семье – единомыслие и единодушие. Она уже имеет первый опыт реальной жизни, Она жаждет мужчину в постоянное пользование, чтобы утвердиться и раскрыться самой полностью. Я уверен, что она ждет меня. Ее щеки пылают от нескромных желаний и, вместе с тем, ее девический стыд стоит на страже и, как верный пес, гонит прочь чуждых временщиков, похотливых и самодовольных, снедаемых гадкою страстью сорвать и смять цветок вместо того, чтобы холить и нежить. Моя милая, я чувствую, час нашей встречи настал.