Мысли (сборник)

Они говорят тебе:

– Ничего, мы заплатим,

Мы заплатим

За всю человеческую низость – Ему,

За нашу ничтожность,

Несправедливость – Ему,

Ему – по счетам,

По гораздо большим счетам,

Чем те, что приходят тебе за квартиру

Или за твой автомобиль,

За обучение твоих детей, за их бесполезные знания,

Бесполезные до тех пор – пока они не узнают главного.

А ты, ты не хочешь хоть раз заплатить сам – хотя бы за себя? Сам?

За свое право жить. За свое право быть человеком.

Ты не знаешь, как это сделать?

Именно Они – своей болью, своим смирением,

Своим уничтожением

Оплачивают тебе твой ужин – здесь и сейчас.

Они говорят тебе:

– Ничего, мы заплатим,

Мы заплатим

За всю человеческую низость – Ему,

За нашу ничтожность,

Несправедливость – Ему,

Ему – по счетам,

По гораздо большим счетам,

Чем те, что приходят тебе за квартиру

Или за твой автомобиль,

За обучение твоих детей, за их бесполезные знания,

Бесполезные до тех пор – пока они не узнают главного.

А ты, ты не хочешь хоть раз заплатить сам – хотя бы за себя? Сам?

За свое право жить. За свое право быть человеком.

Ты не знаешь, как это сделать?

А ты, ты не хочешь хоть раз заплатить сам – хотя бы за себя? Сам?

За свое право жить. За свое право быть человеком.

Ты не знаешь, как это сделать?

Слышат ли?

Слышат ли аплодисменты,

Что звучат Им вслед?

Они – сошедшие со сцены

Навсегда.

Слышат ли?

Слышат?

Оттуда – из неведомой нам тьмы,

Закулисья,

Где никто никогда из нас не был,

И откуда когда-то они так странно и неожиданно пришли к нам,

Заставив весь мир

Измениться,

Подчиниться, но не им самим, и не их воле,

А чему-то другому, чему и они сами

Были все это время подчинены.

Мне кажется, слышат

Получившие, наконец, эту необыкновенную для них

Возможность отдохнуть,

Остановиться,

Раствориться в небытие этой ночи.

Слышат отголоски

Этой людской благодарности и счастья,

Этой жизни

Немного замешкавшиеся на полпути,

Но в этот раз

Решившие больше не выходить на бис,

Не возвращаться,

Не возвращаться никогда.

Вера

Ветер разметает секунды,

Минуты клонятся к земле,

Качаются, будто сосны огромные часовые стрелки.