Смотрящие вверх (сборник)

Ещё толком не разобрав, что это, Николай схватился обеими руками: лошадь, мать едрить! Вцепившись в горло перепуганного животного – поплыл. Лошадь, выпучив глаза, гребла своими копытами почище, чем та моторная лодка! Надо ли говорить, что с такой скоростью дед оказался одним из первых на берегу, так сказать в авангарде. Схватив автомат (а такого добра там до сих пор лежит немерено) и примкнув к одной из штурмовых групп, Николай занялся уже привычным делом – бить фашиста!

Вот оно как бывает: откуда начинал в таком далёком 1939 году службу и в 1941 году войну, туда и вернулся – живым и здоровым, но уже не мальчишкой, а воином, у которого накопилось ну очень много вопросов к фашистам… И краснознамённый 67-й полк, как особо отличившийся в освобождении Брестской крепости, получил почётное наименование «Брестский».

А в августе 1944 года Николай побывал в гостях у смерти ещё раз. В принципе, на войне каждый день – это не завтрак в «Макдональдсе». Но были и там моменты, когда ад просто-таки делал бесподобные скидки на всё.

– Знаешь, Вовка, смерть на войне – штука не то чтобы привычная, но обыденная. Человек привыкает ко всему, и к ней – тоже! – дед смотрел прямо в глаза, и от его взгляда становилось как-то неуютно. – Нет боязни, нет страха… На войне нет этих понятий, иначе воевать было бы некому. Вот и думай, как жить, если жизнь – та же война, только невидимая…

Из архива МО РФ:

«Щетинников Н.

Член ВКПБ с 1943 года.

Помощник командира взвода 2 батальона 67 Брестского Краснознамённого полка 20-й дважды краснознамённой стрелковой дивизии.

Участник боёв ЗКФ, СКФ, ОПАРм, 1-ого Белорусского фронта.

Ранен и эвакуирован в госпиталь 11.08.44 г.

В бою 11 августа у села Рябаны в 7 км. южнее местечка Ядув – Польша, товарищ Щетинников уничтожил из пулемёта 15 гитлеровцев, был ранен, но не покинул поле боя.

31 августа. Комполка подполковник Пирязев.

Награждён Приказом 019/Н

Орден Славы 3-й степени.

От 3 сентября 1944 года (нач. отдела кадров дивизии капитан Бакаев)».

– Провалялся в госпитале я долго: рана была серьёзной и медленно заживала. Да пока все осколки повытаскивали – тоже время… – дед Николай, непроизвольно потирая ногу, смотрел в ночное окно.

Отгремела Победа девятого мая, наступило лето: июнь, июль.