Смотрящие вверх (сборник)

Развернув бумажку, он прочитал, что его ждёт уютный дом и одинокая женщина.

– Что тебе ещё надо, Коля? – спросила деда судьба.

– Ай, мужики, пожалуй, с меня хватит! Надоело мне, устал! – и Николай, наспех попрощавшись с однополчанами, спрыгнул с поезда.

Деревянный чемодан и победный паёк слегка утяжеляли поиск, но вскоре дед нашёл улицу и дом.

– Здравствуйте, – перед ним стояла высокая и красивая женщина лет сорока, – вы к кому?

– Я… вот, – Николай протянул листок, – это ваш адрес?

– Ах! Ну… да, извините, проходите, – женщина засуетилась и неловко зацепила пустое ведро.

Оно загремело, женщина ещё больше покраснела:

– Ой, проходите же, проходите!

Николай зашёл в дом: огромный деревянный сруб, большой стол, лавка. Но как-то всё грязно, запущенно. Видно, что не убиралось и не мылось довольно давно. Николай такого не любил. Ох как не любил!

– Мужа убили в сорок четвёртом… Я осталась одна, никого больше нет… а Сибирь – и дрова нужны, и прокормиться как-то надо… без мужика – хоть сейчас – ложись и помирай!… Вот и написала, – женщина плакала, а Николай сидел и думал, что лучше бы ехал дальше, в свой колхоз.

– Ладно, тут всё, что у меня есть, – он снял с себя мешок. – Там сгущёнка, консервы, хлеб… разберёшься, одним словом, а я поехал домой. Ждут меня, понимаешь? – и дед, схватив свой чемодан, пошёл на станцию.

Звеня орденами и медалями, он летел по тропинке. Из вещей – чемодан с документами и фотографиями да сменное бельё.

Всю еду и деньги он оставил одинокой женщине. Вдруг на тропинку вышла красивая молодая девушка с коромыслом на плече. Она несла два полных ведра воды. Николай встал как вкопанный – это и была моя бабушка!

– Девушка, а давайте поженимся! – дед загородил собой узкую тропинку.

– Тебя как зовут-то, жених? – девушка весело засмеялась.

– Коля, – и здесь все поняли, что ни домой, ни в какой колхоз он уже не поедет.

– Ну, пошли, Коля, если не шутишь.

У папки с мамкой и спросим.

А на следующий день была свадьба: семнадцатилетняя Крестинья и двадцатипятилетний Николай стали мужем и женой. Такое после войны бывало довольно часто.

Итак, после четырёх лет войны ещё пятнадцать годков Николай возил лес из лагерей по сибирским трактам. Что это был за человек? Не знаю. Но мне кажется, что бэтмен загнулся бы на второй неделе, если бы начал повторять жизнь деда.