Ночь за решётчатым окном

Такой умный, что я по сравнению с ним чувствую себя полной дурой, представляешь?– глаза Клары Филипповны горели от счастья, а улыбка омолаживала ее уставшее, чуть изрезанное морщинами лицо,– ну а для матери я и так много чего делала и все равно плохой была всегда.

– Странно это все,– ответила Зоя.

– Неудивительно. Никто не понимает. Да только мне плевать. Я так от всего устала, забыла, что я женщина, пахала, мучилась с этими идиотами, все выходные и праздники одна сидела как прокаженная. Так что, сколько мне отмерено с ним прожить, столько и проживу.

– А в Егорово зачем поехала?

– Это я ему подарок на день рождения сделала,– гордо сказала Клара Филипповна

– Да уж,– заметила Зоя,– я думала, что такое только в плохих книгах пишут, а оказывается, в жизни тоже бывает.

– Я тоже так думала. Но как видишь, случается.– Клара Филипповна на какое-то мгновение погрузилась в воспоминания о прошедшем отпуске, уставившись в окно.

– Как мама себя чувствует?– поинтересовалась Зоя.

– А что с ней будет, лежит себе, возмущается, просит, чтобы я домой ее забрала.

– Заберешь?

– Нет. Не заберу. Слава теперь у меня живет, переехал сразу, как мы вернулись из Егорово. Без него я уже не смогу. А маме и здесь плохо, и дома будет плохо, так что для нее нет разницы, где лежать целыми днями и ругаться, а для меня есть.

– Может, не надо было дом продавать? Жила бы себе там спокойно. Она ведь привыкла жить одна, а тут шум, гам, больные кричат.

– Мне так спокойней, пусть лежит.

А дом я специально продала, когда задумала Славку в отпуск свозить. Денег у меня таких не было, вот я и решила мать сюда перевезти, а на полученные деньги устроить нам медовый месяц. Надоело мне быть хорошей и одинокой, думать обо всех, а обо мне кто подумает? Никто! Так что, Зоя, все, что ни делается, все к лучшему. Зато я теперь счастливая и довольная, и всем хорошо,– весело сказала Клара Филипповна и встала из-за стола,– пойду работать. Ты только не рассказывай никому про это, хорошо, а то будут болтать.

– Интересная у тебя получается любовь, очень интересная,– спокойно сказала Зоя.

– Да, Зоя, интересная! Какая никакая, а есть, это ты все одна живешь, и никто тебе не нужен, а мне вот нужен, я еще хочу жить!– сказала Клара Филипповна и вышла из кабинета.

Зоя тоже направилась в палаты. Воздух в больнице был наполнен запахом лекарств и человеческих страданий. Она весь день будет думать над тем, что рассказала ей Клара Филипповна.