Сын игромана

– Высший класс! До сих пор у меня дома стоят, не завяли. А было неделю назад. Так вот, протягивает он мне розы и говорит, быстро так, чтобы я снова не убежала, – девушка, говорит, это вам, мне от вас ничего не надо, если хотите, больше меня не увидите. А я говорю: раз вам ничего не надо, зачем цветы, и вообще, говорю, что все это значит? А он: я бы мог вам объяснить, только ведь вы, наверное, никуда со мной не пойдете, где можно было бы посидеть-поговорить?

– Штамповка, – откомментировала Света. – Обычный трюк.

Все они так подводят… Надеюсь, ты не клюнула?

– Нет, конечно, в смысле я не пошла с ним в ресторан. Давайте, говорю, сядем тут рядом на скамеечку и вы мне все объясните.

– А на месте постоять не могли? У него что, ноги отваливаются?

– Понимаешь, – доверительным тоном начала Валя, – моя начальница должна была выйти вслед за мной. Та еще старушенция, во все нос сует. Она еще из окна его увидела и начала кудахтать: ах террорист, ах взорвет сейчас весь наш инвентарь, всю нашу документацию… ну и нас самих заодно!

Женщины засмеялись.

– А что у вас за инвентарь, Валя, может, в нем бриллианты спрятаны? А в документах, случайно, не содержится информации о мировых террористах?

– В том-то и дело, – вытирая заслезившиеся от смеха глаза, подтвердила рассказчица. – Именно что бриллианты да информация. А вообще я в бюджетной организации работаю, – уже серьезно продолжала она. – В детском спортивном клубе. Инвентарь последний раз обновляли в девяностом году.

Так что насчет бриллиантов…

В это время освободилось парикмахерское кресло, к которому тянулась очередь.

– Проходите, дамы, – пригласила парикмахерша.

Но дамы, вопреки обыкновению, медлили. Вале и Свете жаль было прервать спонтанно развернувшееся общение. Обе чувствовали симпатию и доверие друг к другу: одна хотела высказаться, а другая дослушать до конца. Рассказ еще только приближался к своей кульминации: самые интересные и значимые события были впереди…

Промедленьем воспользовалась невесть откуда взявшаяся тетенька строгого облика, заявившая, что она заняла здесь очередь и после этого отошла в магазин.

А та, за кем она занимала, тоже куда-то отошла, таким образом, сейчас законная очередь ее самой, отходившей и вернувшейся. В ином случае ни Света ни Валя не сочли бы это объяснение убедительным, но на сей раз спорить не стали.

– Итак, Валюша…

– Значит, отошли мы с ним на скамеечку, тут и началось.