Жрецы и фараоны. Сны

Вот и живут наши первые лица государства под бдительным контролем своих половинок, которые всегда ненавязчиво подскажут, что делать и куда идти, а если первое лицо вдруг захочет сыграть свою игру – навзрыд поплачут над телом скоропостижно скончавшегося ночью супруга (супруги).»

Андрей понял, что подслушанный разговор может иметь серьезный резонанс, если информацию о нем предать гласности. Он даже представил, как бы выглядели заголовки периодики: «Тайная связь жены президента». Или так: «Жена президента – агент иностранной разведки».

Однако, немного подумав, Андрей решил не торопить события, а поговорить о проблеме с отцом. Поднявшись и пройдя через пару комнат, наш герой оказался на большом внутреннем балконе, с которого открывался чудесный вид на зал первого этажа, где развлекалась взрослая публика. Большая, слегка закругленная лестница соединяла внутренний балкон с первым этажом. Освещение и декорации основного зала были так устроены, что Андрей, сев на ступеньку возле балконных поручней, мог разглядывать присутствующих, не обращая на себя внимание. Публика была настолько увлечена поеданием, выпиванием, наговариванием, сплетничанием и хохотанием, что никому по большому счету не было дела до того, кто и как за ними наблюдает. Тем более, все приглашенные привыкли жить под прицелами видеокамер и журналистов. Удобно устроившись в своем наблюдательном пункте, Андрей начал разглядывать приглашенных и хозяев приема.

В углу зала, на импровизированной сцене, играют музыканты, кое-кто танцует, но основное сосредоточение публики наблюдается в непосредственной близости от столов со снедью.

Официанты непрерывно снуют между гостями, поднося и унося рюмки, стаканы, и бокалы. Вот посол кокетничает с женой местного олигарха, а вот сам местный олигарх будто невзначай щупает жену какого-то военного (и, видимо, ей это нравится), в углу стоят несколько светских львиц и о чем то судачат, хотя правильней было бы сказать – о ком-то, ибо их взгляды, направленные на объект обсуждения, красноречиво свидетельствовали о теме разговора: конечно же они обсуждали очередную пассию Иезуита. А обсуждать, поверьте, было что: красивая, длинноногая и пышногрудая блондинка – одним словом, девушка с обложки модного журнала. Вокруг нескольких столиков восседали животастые чинуши, налегавшие на дармовые сигары и коньяк. А вот и жена президента: пышная, крашеная, безвкусно одетая, разкоординированная, в общем, никакая.