Сказка для взрослых

– А люди?

– А люди… Люди давным-давно разленились, одичали и выпендриваются, по большей части, не тем, что умеют, а тем, что имеют. Вот, к примеру, купил себе какой-то питекантроп железную повозку, которая рычит и воняет – и выпендривается перед такими же, как сам, но которые повозок не имеют, или перед своими суками, типа, моя железяка покруче будет, чем у других питекантропов на этой территории! А потом как зарычит этой железкой!.. Отчего вонять начинает все сильнее, а суки ихние аж визжат от восторга: «Ах, какой самец! Молодец! И умный! И сильный! И вообще – красавец-мужчинка!», а он-то без железяки даже рычать не умеет… Так, чахлая душонка.

– Дядя кабан, а что, человеческие суки – вообще дуры набитые, раз кобелей по железкам выбирают, а не по здоровью и способностям?

– Ну почему – дуры? Совсем даже не дуры. Их кобели потом их же на этих железяках выкатывают, а если повезет, то и всю оставшуюся жизнь провизией да добром разным обеспечивают, надо только понравиться этому индюку.

– А причем здесь индюк? – не понял шакаленок.

– А индюк здесь действительно ни при чем, это они иногда особей своей стаи так называют, хотя почему – я тоже не знаю… Говорю же – нелогичные они.

– Подождите, дядя кабан, насколько я знаю, суки ищут кобелей, а кобели – сук для того чтобы спариться…

– Ну, да, – ответствовал, потягиваясь, кабан.

– А когда звери или люди спариваются, то у них появляется помет.

– У зверей – да. А у людей – не обязательно.

– А для чего тогда спариваются?

– Я не знаю… Говорю же – нелогичные…

– Ну, хорошо, а как же они тогда размножаются?

– По большей части – случайно…

– Да, нелогично, – произнес, задумавшись, шакаленок.

– А им пофигу.

– По чему? – не понял шакаленок.

– Пофигу, – повторил кабан.

– А как это? – поинтересовался щенок.

– А я не знаю, говорят так. Для меня это слово – такая же загадка, как и «ништяк».

– Да, – вдвоем многозначительно выдохнули звери, – очень нелогичные существа эти люди…

Они просто лежали рядом какое-то время и смотрели в бескрайнее небо, по которому медленно и величественно проплывали пышные облака. Спустя несколько минут кабан, что-то вспомнив, изрек:

– А еще представь, носатый, в их мире все измеряется какими-то бумажками… Ну, не шишками, желудями и орехами, как у нас, а бумажками, которых и съесть-то нельзя.