По басенке

Что у народа вдруг пробилася икотка.

Так заикали все, ну до икоты.

Забыли враз все прелести щекоты.

И так озлобился народ до хрипоты,

Щекоту долго били и ногами

Всю затоптали.

Мораль, конечно, здесь проста:

Ты увлеклась и вышла вся.

Ъ

Он тверд, как кол и утверждает,

Что тверже не бывает.

Конечно, прав – он твердый знак.

Бывает, правда, что дурак

и не туда его вставляет.

Ы

Ы – ну, полезнейшая буква.

Куда нам без нее – да никуда.

Ну, как звучали бы слова.

Без «ы» и не были б грибы грибами,

И травы бы соломой стали,

А без нее и сказки б не писали.

Ну, что за сказочка без «ы»,

А так и «если», и «кабы», нет, без нее

нам не туды и не сюды.

Вот раз бы и однажды,

на грабли – дважды.

Не наступить бы в темени ночной,

И, будь ты хоть герой, все ыкаешь,

а, если вдруг запой?

Так перепил – на утро только «ы»

Ты сможешь выплюнуть с губы.

Мораль, наверно, тоже к месту,

Чтоб только «ы» не лезла с языка —

Попей пивка

Ь

Ну, мягкий, он ведь мягкий от рожденья,

Присущи для него и лень, и умиленье.

Он все смягчит, разгладит, даст огонь.

Хоть мягок он, бывает он, как конь.

Бывает, рассуждает: пить, не пить?

И может потихоньку отравить,

Внезапно приоткрыть заветну дверь

И увидать, что занята постель.

Да, этот знак присущ, как ночь.

С ним нелегко, но может он помочь.

Господь и тот смягчился от него,

Сподобился и создал это все.

Любовь и ненависть, и жизни этой путь

Не мягкий, на другой уж не свернуть.

Мораль для мягкого горька —

Не будь сверх мягок, вдруг намнут бока.

Эхо

В одной пещере эхо проживало,

Немножечко туристиков пугало,

Бывало, гаркнут спьяну: «Чью то мать!»

И эху приходилось подпевать,

жизнь заставляла

Но вдруг на эхо что то накатило,

Ну, надоело все, перевалило

За край терпенья, и решило эхо

Не отвечать насмешкам человека.

Верней бывало так, вдруг заорет чудак,

А эхо лишь в ответ: «Ты сам дурак!»

Вот так и жило, чтобы других тошнило.

И стали забывать сюда дорогу,

И эхо отдыхало понемногу,

Потом вообще никто не стал ходить

И эхо можно было задушить.

Оно зачахло и заныло,

Но как же раньше здесь прикольно было.

Ни хрюкнуть, петухом не проорать,

и некого по матери послать.

Вдруг у пещеры мужичок остановился,

Прислушался чуток и внутрь спустился.