Белый, белый снег… (сборник)

 – Кто тебе пойдет за копейки в тайгу? Как лошадь, всякую тяжесть таскать…

– Не понимаю, – сказал я, – чего там было искать? Какие ценности?

– Я тебе не сказал, – ответил дед, разливая по рюмкам остатки коньяка. – Он же еще поделки разные из кости и лосиного рога мастерил: амулеты, игрушки… Много у него было таких вещиц. Умел… Не то вымачивал как-то, не то выпаривал специально, только кость после этого мягкая делалась. А он потом резал… Когда умер – все это добро вместе с ним в землю закопали.

– И ради этого они решили?.

– Ну, да… Продать же потом можно. Найдутся люди, с руками оторвут. Коллекционеры всякие… А хочешь, я тебе покажу одну такую вещицу?

Дед Захар порылся в шкафу и извлек оттуда потемневший от времени костяной амулет. На нем были изображены медведь, ворон и еще непонятно кто – то ли зверь, то ли человек…

– Откуда он у вас? – удивился я.

– Да эти ханыги подарили… За пару пузырей.

Хозяйка принесла из кухни чай, малиновое варенье, пироги с брусникой.

– Выбрось ты это! – в сердцах сказала она, увидев в руках у него амулет. – Беду на дом накличешь.

– Не брезжи!.. – отрезал дед и, обращаясь ко мне, произнес:

– Ну, как?

– Тонкая работа, – осторожно заметил я.

– Ох, дед, – не унималась хозяйка, – нельзя такое в дому держать!.. Грех!

Анна Андреевна присела к столу, нервно поправила вдетый в волосы коричневый гребень, заложила за ухо седую прядь. Потом подалась в мою сторону и негромко произнесла:

– У нас ведь в этом году не только Виктор пострадал… Трое человек за лето в лесу сгинуло.

– Как? – изумился я.

– Ушли и не вернулись… Бабушка с внуком, да мужчина твоих примерно лет… А скотины сколько потерялось? За всю жизнь такой беды не помню.

– Искали пропавших?

– Конечно… И с района приезжали. И вертолет над лесом летал. Но все без толку… Проклятие это, проклятие… За то, что прах потревожили.

Дед Захар досадливо хмыкнул в бороду, потом, приосанившись на стуле, важно изрек:

– Послушал ее? А теперь меня послушай… Я ведь тоже не вчера родился.

– Какая?

– А вот какая… – дед Захар доверительно наклонился ко мне. – Весной Петька Коротышев с городу приезжал, на ток ходил. Он сам мне рассказывал… Зорю отохотился, убил глухаря. Обратно к дому стал выходить, смотрит – медведь стоит на просеке. Черный, здоровый… Стоит себе, лапой коренья из земли копает. А Петька возьми и пальни в него.