Белый, белый снег… (сборник)

Поднявшись на пригорок, где деревья были пореже, я увидел такую картину: высокая береза, с вырванными наполовину корнями, наклонясь, стояла бок о бок с могучей сосной. Причем сосна, как бы поддерживала, привалившуюся к ней, соседку…Очевидно летом здесь бушевал ураган и сильный ветер почти уронил большую березу. Но, падая, она зацепилась стволом и ветвями за стоящую рядом сосну.

Я заметил, что черная пожухлая листва была только на нескольких ветках. С других она благополучно облетела. А это значит, что дерево не погибло… Пройдет время, береза снова укоренится, и вновь зазеленеет молодыми клейкими листьями.

Только теперь ветви обоих деревьев так и останутся навсегда переплетенными. И когда придет срок, они упадут вместе.

Сумерки потихоньку брали свое. Уже не так различимы были отдельные деревья, уже снег сделался блекло-серым и в воздухе появилась та особенная вечерняя свежесть, вдохнув которую, так хочется побыстрее к теплу, туда, где тебя ждут.

Я спустился в ложбинку. Бежавший впереди Абрек вдруг остановился… Настороженно поведя чутким носом, пес предупреждающе зарычал.

– Р-р-р-р…

Впереди темнел густой мелкий ельник, вплотную подступающий к самой дороге. Абрек, осторожно ступая, как по струне, двинулся в эти заросли. Нырнул под снежный полог – и пропал.

Что почуял он там? Кого заприметил?.. Я внимательно слушал звенящую тишину.

– Аф-аф!.. Аф-аф! – низко, незнакомо залаял пес.

Холодок пробежал по спине. Неужели… Быстро скинув с плеча ружье, я заменил дробовой патрон в левом стволе пулей.

В другом стволе пуля уже была.

– Аф! Аф! Аф!.. Аф! Аф! Аф! – все настойчивее лаял Абрек.

Я стоял и не знал, что делать. Идти на лай – бессмысленно. Что ты увидишь в таких зарослях? Да еще снегом запорошенных… Идти дальше по дороге – тоже как-то… Непроходимый ельник прямо у обочины. Если что – и ружье вскинуть не успеешь.

А между тем смеркалось все сильнее. Надо было что-то решать… Еще двадцать минут – и совсем стемнеет.

Я переломил ружье, достал пулю, а взамен вставил старый дробовой патрон.

Из тех, что не жалко… Абрек лаял, крутясь на одном месте.

– Э-эй! – крикнул я. – А ну, пошел!.. А-а-а-а-а!

И выстрелил из ружья в воздух. Потом, быстро выкинув стреляную гильзу, тут же вставил пулю… Прислушался.

Лай стал уверенно отдаляться. Я двинулся вперед, по дороге, держа наизготовку ружье со взведенными курками.

Миновав опасную ложбину, я остановился и принялся кричать, подзывая собаку.