Парковая зона

Манида растеряно посмотрел на ребят, не улавливая смысла сказанного, но чтобы замять неловкость, тоже заржал по-лошадиному и сгреб малолетних шалопаев в кучу:

– Во, падла, грамотеи! Отца учат!

Одежда уже просохла и перестала парить. Теперь можно облачаться, чтобы прикрыть свой мужской позор.

– А на хрена попу гармонь, а козе телега!

Приятели, гогоча и разбрызгивая вокруг себя воду, бросились в речку. Ледяная вода сначала ошпарила холодом, а потом, нежно обнимая, забаюкала их на своих ладонях.

В небе кружил коршун. Он был так одинок, что Ивану даже стало его жалко. Подросток опрокинулся на спину и тоже раскинул руки, вглядываясь в бездонную синь. Бесконечность потрясла его… Знать бы, что там, на дне вселенной? Да и есть ли оно, это самое дно?

Философские размышления оборвала Мишкина туша, которая, навалившись, тут же опустила Ивана на самое что ни на есть настоящее, осязаемое илистое дно…

…. Господи! Как давно это было! Другая жизнь, другая эра.

Метелкин с доброй усмешкой, хотя и не без привкуса горечи, вспоминал свои мальчишеские проделки.

Уму непостижимо! Куда смотрели семья и школа?!

…Вынырнув из родниковой глубины, Иван торпедой выскочил на берег, завалившись под самый бок костра. Поленья уже прогорели, и Веник, стуча зубами, норовил влезть в него по самые уши.

Душистый запах жареного мяса встал над костром, как джин из волшебной лампы, призывая едоков к себе.

Иван вопросительно посмотрел на Маниду.

– На, глотни сначала, согрейся, – Колька протянул бутылку трясущемуся от холода подростку.

Пить не хотелось, но не мог же Иван смалодушничать перед столь представительным товарищем!

Он, звякая зубами по стеклу, сделал несколько глотков, и спирт снова обжег внутренности, ввинчиваясь до самых пяток.

Иван не рассчитал – доза получилась приличная: земля, на миг накренившись, выровнялась, но стала зыбкой, и чтобы не упасть, Метелкин снова полез в воду. Там у берега все еще плескался и фыркал, как сивуч, Мишка.

Несколько раз окунувшись, Иван вылез и стал одеваться, и друг последовал за ним. Одежда была теплой и приятно согревала их озябшие тела.

Тем временем Манида выкатил из костра шар, подул на него и развалил на две половины. В одной из них белело мясо. Перья снялись вместе со скорлупой, запекшись в ней. Невыносимо дразня аппетитным духом, курятина лежала как на блюде.

Ребята уселись кружком, с нетерпением ожидая команды своего покровителя.