Парковая зона

В любом интернате, как в солдатской казарме, самое большое удовольствие – побыть наедине с собой.

Взрыв на ферганском базаре забросил эту женщину сюда, под колючие сосны Талвиса, доживать отпущенное милосердной судьбой время. Ей повезло – другие маются и бродяжничают, попрошайничая на городских улицах, неприветливых к чужому горю, замерзают в подвалах, отравленные алкогольными суррогатами…

Метелкин оказался в доме инвалидов совершенно случайно. Никогда не думал, что рабочие навыки, полученные в юности, помогут ему на время одолеть денежную невезуху.

Идёт смурной, смотрит под ноги, чтобы найти ключ от квартиры, где лежат деньги. Вдруг толчок в бок:

– Вчерашний день ищешь?

Иван поднимает глаза – вот она, находка! Перед ним стоит старый товарищ с поднятыми парусами, и в каждом сноровистый попутный ветер.

Его товарищу свободное плаванье в масть. Знай себе рули, и веслами шевелить не надо.

Хороший инженер, изобретатель, имеющий множество патентов, забросил свое хлопотливое дело, и в удачный час организовал акционерное общество с ограниченной ответственностью.

Используя первоначальную сумятицу при переходе к народному капитализму, приобретя по бросовым ценам ваучеры, сколотил хорошие «бабки», говоря «новоязом», и теперь процветает махровым цветом.

Смеется, протягивает руку, хлопает по плечу:

– Как жизнь?

– Да как в курятнике, – отвечает Иван, – Кто выше сидит, тому перья чистить не надо. Сверху никто не наваляет.

– Всё жалуешься? – спрашивает.

– Жалуюсь, – отвечает Метелкин неохотно.

 – Ты чего без «Опеля»? Ноги поразмять решил? – зная его пристрастие к иномаркам, подслащивает Иван разговор.

– Э-э, чего вспомнил! Я уже третью тачку с той поры поменял, у меня теперь «Мерс» на пристёжке.

– А чего же ты не на колесах?

От товарища исходит запах вина и хорошего одеколона. Лицо розовое, гладко выбритое, ухоженное. Не то, что в далёкой молодости: крутой мужик, авторитет за квартал светится…

– Гуляю, – говорит товарищ, – жену на Азорские острова.

– Отправил. Холостякую. Вчера тёлку снял в кабаке, до сих пор в ушах шумит. Вампир, а не девка! Губы, как присоски у осьминога. Пойдем, я тебя опохмелю!

– Не пью! – мотает Иван головой.

– Давай, рассказывай сказки! На халяву все пьют. Помнишь, как мы по общежитиям гудели?

– Ну, это когда было… – отнекивается Метелкин.

– Пойдем, пока я простой!

Пошли.

В ресторане молодежь пасется. Девочки соломки для коктейля губками пощипывают.