Хищник. Если его можно ранить (сборник)

Например, печенье, испеченное той девушкой, с которой он познакомился в Вест-Пойнте. Будь он проклят, если может вспомнить ее имя… только аромат, да волосы, щекочущие пальцы. Нет, имя он знал, но, отправляясь в бой, неизменно прятал все приятные воспоминания в глубокую темную яму – для пущей сохранности. Отчего это воспоминание выплыло наружу? Бог весть…

– О, конечно, са-ар!

Капрал Моутс кивнул и рысцой побежал к лошадям.

Лейтенант Поуп подошел к Небраске Джону, присматривавшему за погонщиком мулов – метисом лет шестидесяти, стоявшим рядом с сержант-майором на коленях.

– Что у нас тут? – спросил Поуп.

Небраска Джон шевельнул огромными плечами, поднял ногу и увесистым пинком опрокинул погонщика мулов на спину.

– Говорит, у него сообщение для вас, са-ар.

– Он чем-то оскорбил тебя, сержант-майор? – спросил Поуп.

– Так точно, са-ар. Он – наполовину индеец, са-ар.

– Что ж, этот повод невзлюбить человека не хуже любого другого. Особенно в этих местах. Итак, к делу. Что ты пришел передать?

– Команчи, – заговорил погонщик мулов, испуганно косясь на Небраску Джона. – Они послали меня. Сказали, надо вам передать… вы должны кой-чего сделать.

– Так выкладывай, – поторопил его Поуп, гадая, куда мог запропаститься Моутс.

– Нанисувакайта… они требуют, чтобы вы дрались. Говорят: ваш бой с ними не закончен.

– Кто же такие эти нани… вака?..

– Они называют себя «яутжа», но на самом деле это нанисувакайта. Духи. Никто не может устоять против них, и они могут уходить в мир духов. Когда исчезают – уходят туда.

Поуп поднял бровь.

– Вот как! Чего же они хотят от нас?

– Они говорят: четыре их воина будут биться с четырьмя вашими лучшими воинами.

– И что дальше?

– Все ваши люди смогут свободно уйти.

– Они могут уйти хоть сейчас.

Погонщик мулов огляделся вокруг, и лицо его исказилось от страха.

– Нет. Не могут. Нанисувакайта вокруг, везде. Только в образе духов.

При мысли о том, что они окружены невидимой армией яутжа, Поуп похолодел и медленно обернулся, вглядываясь в тень. Трижды яутжа появлялись – на миг, словно лишь затем, чтобы показаться на глаза – и тут же исчезали, и трижды все внутри сжималось от страха.

– Мои люди смогут свободно уйти – неважно, победим мы или проиграем? – спросил Поуп.