Сага о прекрасной розе

Книга первая

В далекой северной стране

Чернеет замок на скале.

Отвесных стен его гряда

Колоссом всходит в небеса.

Незыблем он, непобедим,

Как божество, как исполин.

Средь зубчатых его вершин

Свинцовых туч клубится дым.

Огромный зал. Огни горят,

Портреты предков дружно в ряд,

На каждом золотой оклад.

Вот кто-то в профиль, кто-то в фас,

И каждый смотрит парой глаз

Конкретно, пристально на вас.

Художник, видно, мастер был,

И дело он свое любил.

Какой-то шум из этажа –

Уж слышны чьи-то голоса,

И, факелы в руках держа,

Дверь распахнули два пажа.

Походкой плавной, не спеша,

И грациозно, и надменно,

Подчеркнуто стройна, как дева

Вступает в залу королева.

С ума любого бы свели

Изящность форм, ее черты;

Глаза бездонной синевы,

Бровей тончайшие мосты.

В ней все так правильно, так мило,

Она божественно красива.

На вид не дать и тридцати:

Меж тем, Матильде сорок три.

Но только вот черта одна

В ней отрицательной была –

Она напрочь обделена

Огнем душевного тепла.

В ней все как будто бы из льда –

И сердце, разум, и душа.

Да. Так же, как ее страна,

В плену у севера она.

У женщин вечная проблема –

Методик куча и система,

Чтоб их расцвет и красота

Не увядали никогда.

Матильда тем и занята,

Что то и дело без конца

Крема и снадобья втирала

В проблемные места лица.

(Но хватит лирики. Вперед!

Нас еще много чего ждет).

Равнина снежная, не видно ей конца.

Морозный воздух. Снег искрится.

И тишь такая, разве что приснится.

Лишь изредка ее разрежет птица

Вдруг – лай беснующих собак,

Оскал зубов, глаза горят.

Лавиной дикой кони мчат,

Их седоки в рога трубят.

Вот загнан зверь, и смерть близка

(Идет охота на волка).

Всех впереди наездник мчит,

Клубится снег из-под копыт,

Как будто конь и не бежит,

А птицей над землей парит;

И клич победы ввысь летит,

И свита вся ему вторит.

Кто ж тот наездник? – принц Альберт.

Он крепок телом, духом тверд.

В его шестнадцать с лишним лет

Он смел, решителен, отважен,

Холоден разумом, тщеславен,

От тягот жизни всех избавлен.

Весь в мать сей славный сын,

Он деспотичный властелин.

Всегда он в черное одет –

То власти безграничной цвет,

Иль юности тщеславной бред.

Других он красок не желал.

Как жизни главный идеал

Лишь только силу признавал.