Человеческие истории. Родом из детства

Были обвинения в непонимании и мольбы о помощи. Были требования научить и сказать «как». Было сопротивление, и были оправдания. Были злость и обида. Жалость к себе. Были и улыбки, радостные озарения и смех сквозь слезы. И еще очень многое.

Уходя, она уже знала, что сделает, когда вернется домой.

Она зайдет на кухню, откроет сушилку и скажет:

– Привет, мои любимые! Давайте попьем чай…

Каприз

– Я же люблю его, – вновь произнесла она.

Он молчал, краем глаза наблюдая, как она теребит в руках носовой платок.

«Странно, – подумал он, – все уже перешли на бумажные платочки и салфетки, а она постоянно приходит с этими расписными матерчатыми…»

«Стоп! – осек он себя. – Ты опять уплываешь. Не отвлекайся так сильно на эти детали. Держи себя в процессе!»

Но держать себя было трудно: он уже слышал ее историю и чувствовал, что она опять пошла по кругу.

– Мне надо как-то это решать, – она наконец прервала тишину.

«Странно, – подумал он, – как можно решать любовь?»

– А это – это что? – спросил он.

– Эту ситуацию.

– Что для тебя стало бы решением?

– Точка.

– Можешь поподробнее?

– Ну, если бы я смогла поставить смысловую точку в этой ситуации. Прежде всего для себя.

– Что тебе мешает?

– Мне мешает то, что он не понимает моих чувств.

– Тебе кажется, что он не понимает твоих чувств к нему? – переспросил он.

– Да, да! Мне кажется, – язвительно ответила она.

Он услышал звон струны внутри себя.

«Отлично, кажется ее тон задел мое самолюбие. Главное сейчас – не показать этого. Дыши…»

– На прошлой нашей встрече ты сказала, что он уже ответил тебе отказом, так?

– Да.

– И, как я понял, для тебя в этом самое обидное и страшное не то, что он отказал, а то, что тебе кажется, что он не понимает твоего состояния и твоих чувств к нему… – По ее внимательному взгляду и чуть заметным кивкам он понял, что направление выбрано верно, и продолжил: – И если бы ты увидела, что он понимает тебя и твои чувства, то ты бы смогла закрыть для себя эту ситуацию, поставить точку и двигаться дальше?

Она задумалась.

Ее кольца наконец перестали прыгать с пальца на палец, и даже платочку удалось слегка высвободиться из цепких объятий.

«Еще бы, – корил он себя, – такого нагородил. Когда же ты научишься задавать простые и лаконичные вопросы? А от подобных тирад любой впадет в ступор на пару часов».