Записки Замухрышки (сборник)

Записки Замухрышки (сборник)

Алёна Хренкова

«Записки Замухрышки» – сборник остроумных и трогательных новелл, сотканных из глубоких психологических переживаний маленькой девочки, жизнь которой проходит в послевоенной Москве в окружении обитателей небольшой улочки, находящейся почти на окраине города.

Алёна Хренкова

Записки Замухрышки

ПРЕДИСЛОВИЕ

По старым меркам я – многодетная мать. У меня трое детей – все дочери, с разницей в возрасте примерно десять лет. У нормальной женщины с рождением ребёнка жизнь начинает отсчитываться с нуля.

Сколько детей в доме – столько жизней у матери.

Однажды я услышала от своей соседки фразу: «Если в доме на полу не валяется ни одной игрушки – дом пустой». Свой дом я наполнила до краёв, так мне теперь кажется.

Пока мои девочки росли, каждой из них я рассказывала сказки, читала книжки, пела детские песенки, в принципе – одни и те же, из своего детского запаса, разве что с небольшими дополнениями, в зависимости от обновления книжного рынка и песенного репертуара.

Каждый мой «номер» повторялся с десятилетним интервалом.

Иногда возникали моменты, когда я прибегала к своему жизненному опыту. Разве без этого обойдешься? Приходилось обращать внимание очередного ребенка на те камни, о которые я спотыкалась в свое время, на те заборы, которые рвали мою одежду или вставали на пути.

Один ребёнок за другим слушал мои истории про синяки и шишки, про друзей и врагов, о школе и пионерском лагере, а также о многом другом, о чём я сама, наверное, сейчас уже позабыла.

Годы шли, дети росли. Вместе с ними и я в четвертый раз оканчивала школу, в третий – институт. Короче, все шло своим чередом.

В какой-то момент я стала замечать, что дочери при разговоре со мной, когда я вдруг начинала что-то вспоминать из своей жизни, почти хором заявляли мне, что слышали всё по сто раз. Мне это было неприятно, и я совсем перестала что-либо говорить о прошлом. Но вскоре выяснилось и кое-что другое. Оказывается, что всё знали обо всём только две дочери, старшая и средняя, особенно средняя.

А вот младшему моему ребенку почему-то «не досталось» почти ничего из моих рассказов, как заявила она мне.

К моему изумлению дитё не знало, как зовут моих бабушек и дедушек, какая фамилия была у меня в девичестве, на какой кладбище похоронены наши родственники, ходила ли я в детский сад, как училась в школе. Ничего не знала она и о своих двоюродных тетках и дядьках, ни об их здравствующих ныне детях и внуках.