Городской тариф

Ну да, конечно, в январе она читала доклад об итогах работы ГУВД Москвы за предыдущий год, и там упоминался некий участковый Дорошин, как раз в разделе об опыте привлечения «других служб» к раскрытию преступлений и розыску преступников. Какое же это было преступление? Кажется, убийство… Да, правильно, убийство жены какого-то бизнесмена возле оперного театра. Настя потому и запомнила, что упоминался оперный театр, это все-таки большая редкость в контексте «бизнесмены и убийства», чаще загородные дома, рестораны, казино и офисы попадаются.

– Федор Иванович, – криминалист высунулся из салона машины, – посмотрите, уже можно. Ничего особенного, всякий бабский хлам.

– Ага, сейчас.

Давыдов повернулся к Насте:

– Гляну быстренько, что там, и пойдем наверх.

– Э, начальник, – заволновался слесарь, – мне долго еще ждать? Меня вон участковый выдернул прямо с заявки, быстрей, говорит, дело срочное, следователь из прокуратуры ждет, так я все бросил и пришел, а вы тут и не торопитесь. У меня работа стоит, между прочим.

– А мы с тобой пока пойдем, – миролюбиво заговорил участковый, – дверь посмотрим, ты инструмент подберешь. Опять же соседей надо предупредить, что дверь будем ломать, а то они шум услышат, перепугаются и дежурный наряд вызовут. Постучим пока, покричим, может, хозяин все-таки дома, спит или еще чем занимается, потому и не открывает. Пошли-пошли, у следователя своя работа, а у нас с тобой – своя.

Он весело подмигнул Насте, и ей почему-то стало смешно. Славный парень.

В машине Милены Погодиной не нашлось ничего, что могло бы подсказать, что произошло с хозяйкой. Ни записок, ни бумажек с адресами, ни писем с угрозами. Все как у всех: пара атласов Москвы, несколько дисков с музыкальными записями, темные очки, бумажные платки, пудреница, складной зонтик, шариковая ручка, маленький блокнотик с чистыми листами, еще какие-то мелочи.

– Охохонюшки, – тяжко вздохнул Давыдов, – работа наша грязная и неблагодарная. Представляешь, Настюха, что сейчас будет? Войдем мы в квартирку да и увидим голубков при исполнении, так сказать, сексуальных желаний.

Мало того, что скандал, дескать, нарушили святое конституционное право гражданина Канунникова на тайну личной жизни, так еще и Павел наш мордобой устроит и начнет с девушкой своей публично разбираться. Нам оно надо? А куда деваться? Дело возбуждено, обязаны пропавшую девушку искать. И какой козел его возбудил, а?

– Поквартирный обход начали? – спросила Настя вместо ответа.