Охота на викинга

И впереди – насколько хватало глаз.

Палач достал портсигар, выудил коричневую сигариллу, прикурил. Салон наполнился табачным дымом, но дым этот имел благородный оттенок, не раздражал.

– Куришь?

– Нет, – ответила Рита.

Не объяснять же, что не имеет привычки, а только баловалась сигаретами, причем исключительно подшофе.

– Если хочешь, можешь открыть окно, – разрешил Николай Александрович.

– Спасибо.

Машины еле ползли. Наверное, там, впереди что-то случилось. Может быть, какая-то авария или дорожные работы.

В любом случае спрашивать об этом Рита не стала. Палач индифферентно задымил весь салон. Наконец включил поворотник, медленно протиснулся в правый ряд и съехал на узкую почти провинциальную улицу, она вывела на набережную. Здесь было свободнее, и черная акула продолжила рассекать пространство и время, легко и беззвучно, словно призрак.

Они ехали вдоль набережной, потом свернули, запетляли узкими улочками, завертелись, закрутились, утопая в паутине столичных проулков.

Наверное, это был центр, потому что дома здесь стояли по большей части старые и невысокие.

Наконец машина остановилась возле дома так называемой сталинской постройки. В Новосибирске таких было не очень много, и жить в них считалось престижным.

– Вылезай. Приехали.

Рита выбралась из машины, притворила дверцу, стараясь не хлопать. Николай Александрович к тому времени уже вытаскивал из багажника ее сумку. Лязгнула крышка багажника, пискнула сигнализация.

Лилльский палач, не говоря ни слова, двинулся к дому. В подъезде стояла тяжелая дверь с кодовым замком. Пальцы лысого быстро забегали по клавишам, набивая цифры.

«Я знаю пароль, я вижу ориентир», – некстати завертелось в голове.

Дверь распахнулась. Из темного чрева подъезда потянуло странной смесью запахов: сыростью, освежителем воздуха, табаком и легко, еле уловимо – старой мебелью. Палач кивнул, приглашая пройти вперед.

И Рита с опаской шагнула в будущее.

Квартира располагалась на третьем этаже и занимала его добрую половину. Во всяком случае Рите показалось, что изначально это были разные жилплощади, потом их кто-то скупил, соединил, перепланировал и зафиксировал все «евроремонтом». А вот высоченные потолки остались родными, из далекого советского прошлого, когда строго выполнялись нормы по количеству кубических метров пространства на каждого жильца.