Борель. Золото (сборник)

«Нет, он любит меня, – думала, давая первый звонок. – Но зачем же тогда он связывается с этой женщиной?»

– Ну, давай второй! – крикнул Василий, звеня шпорами.

– Да мы сегодня обязательно провалим! – вставила Лоскутова, нарочно придавая негодующий тон своему голосу, и пошла на сцену, улыбаясь Василию.

Валентина видела, как Василий оглядывал фельдшерицу с ног до головы смеющимися глазами, но не понимала – насмешка это или восхищение.

Фельдшерица была одета в голубое тонкое платье без рукавов и с глубоким декольте.

Как только поднялся занавес, зал задрожал от хохота.

В задних рядах не прекращались смешки:

– Ого-го!

– Вот это – баба!

– Ох, и мягкая!.. И зубы золотые…

– Мотри, мотри, как репа, белая, у, язви ее. Знамо, офицерская!..

– А он-то! Он-то!

– Вишь, норку кверху дерет, как жеребец.

– У-у! Сволочи, какие гладкие.

– Гляди, руку лижет, ах, шпана!

– Ого-го!

– Да тише вы, лешаки, а то выведут!

– Ой, ой! Ты что щиплешься, филин большеголовый?

И когда Василий поцеловал Лоскутову, взвился оглушительный хохот и выкрики:

– Ну и ну! И принародно не стыдятся?!

Во втором действии вышла Валентина в красной повязке и Настя в роли старухи.

Обе они боялись. Но смеха уже не было, а доносились серьезные удивленные голоса:

– Ого! Это ему не та, золотозубая шлюха…

– Мотри, как режет: глаза-то, как ножи!

– Вон как пыряет она этого золотопогонника…

– Вот так, дай ему по хлебалке, чтобы со смеху закатился!

И когда Велентина ударила офицера по щеке, зал одобрительно ухнул.

– Вот это так!

– Дай и той, чтобы не обидно было!

– Не подарок им – рабочая девка!..

Пьеса была окончена под гром рукоплесканий и одобрительные крики толпы.

Наконец вышла Валентина и Лоскутова – обе переодетые, – и начался концерт.

Зал притих. В промежутках между замирающими звуками было слышно, как падали с потолка капли воды.

Бабы, разинув рты, с блаженными глазами, сидели неподвижно, а мужчины и ребятишки вытянули вперед головы.

– Черт возьми! – шепнул Василию один из техников за кулисами.

 – Я за последнее время в нашем городе не слыхал такого голоса… И школа у нее замечательная!

Василий нехотя улыбнулся ему.

– Да, это клад для наших приисков, – сказал он серьезно.

В это время Валентина кончила первый номер и со счастливым лицом соскочила со сцены за кулисы. Техник крепко потряс ей руку, а Василий громко хлопал в ладоши.

Затем ее снова вызывали, и каждый раз зрители топали, кричали, свистели.