Просто жизнь

Просчитано так все неправильно, пойми,

У немцев даже ранец из оленьей кожи,

И посмотри, что в ранце там внутри,

Не удивляйся, в «Кащенко» ты попадешь, похоже.

А там внутри от фройляйн письмецо,

Тушенка там и шоколад отменный,

На шее бляха с номером, коньяк и шнапс,

И пулями заполнен патронташ военный,

А автомат!!! Его не надо перезаряжать.

Полроты он уложит без промашки.

И что такое перед ними наш необученный солдат?

Для них он не солдат, ну так себе, букашка.

Начни с Норвегии и дальше при на юг,

До Португалии и Африки все смазано, как надо.

Да плюс еще немецкий «квалитет»,

И отпуск к фройляйн полагается солдату.

Еще плюсуй – немецкий наверху головорез

Лелеял и щадил командных высших офицеров,

А наш головорез их просто истребил,

А заодно солдатских – и отцов и дедов.

Москва – пустыня. Тут и там стоят ежи,

Сварили их из двухтавровых балок,

На окнах камуфляжные везде щиты,

И тысячи мешков с песком, где это надо.

На улицах защитных дирижаблей рой,

Авоськами накинутых сетей – «Феллини»,

Их держат девочки шестерками по сторонам,

Они плывут по площадям в моих глазах доныне.

Военкоматы – девочки в носочках, туфельки на ремешке,

В то никуда мальчишек, провожая, плачут.

Труба и туба утонула там в фальшивом «ре»,

И осеняют их родители крестом – так, на удачу.

Средь добровольцев, ожидающих в толпе.

Лет двадцати семи там женщина стояла,

Намного старше молодых призывников,

И время на комиссию спокойно ожидала.

Красивою и статною та женщина была,

И воевать за Родину была готова,

И дочку чудную четырехлетнюю на свет произвела,

А звали эту женщину Елена Алексеевна Орлова.

Столица вымерла, преследует всех страх,

Из громкоговорителей несется голос Левитана,

Ведь он сейчас зачитывает Молотова речь.

Война. Стране нанесена зияющая рана.

Ну, как и почему случилось вдруг?

«Ведь разве мы такое заслужили?»

Министр иностранных дел такое произнес!

Как будто гордости и нет, ну, нет ее в помине.

Ведь как холИли и лелеяли Германию свою,

Вооружали задарма, огромные составы гнали,

Вооружили, миллионы добровольно сдались в плен,

А тыщу лет в России ведь такого не видали, не слыхали.

Чехословакию и Польшу растерзали на троих,

И планы Молотова-Рибеитропа подписали.

А Франция и Англия довольны были тем.

Что шкуру собственную Гитлеру не проиграли.