Бабло пожаловать! Или крик на суку

Уже зная наперед, что Алика точно провела ночь непременно с каким-то парнем, а не просто с подругой, у которой вполне может быть БеэМВе седьмой модели, она добавила: – Я бы заметила!

«Кто бы сомневался, – подтвердил он и (если честно) тому порадовался, но (предпочтительно) решил не говорить о чем-либо, чтобы не затянуть расставание с Люсей»

Когда Рамсес вышел из квартиры, а Люся закрыла за ним дверь, он не сразу направился к лифту – позвонил Алике и параллельно набрал ее номер телефона: ни на один вызов она так и не ответила.

Опускаясь вниз на лифте, Рамсес вспомнил Люсино выражение: «Вы взрослый человек и сами разберетесь», которое, к его сожалению, не отображало того, как поступать дальше, а главное с чего начать? Ситуация с подругой и обстоятельства в целом потихоньку сводили с ума. Он понимал, что еще немного подобных ребусов, и ему можно впадать в депрессию с нотками невозвратного отчаяния, после чего ему откроется перспектива полной беззаботности и прямая дорога в сумасшедший дом.

Но не из-за безысходности, а оттого, что он бессилен и, оказывается, совершенно не готов что-либо предпринимать, когда неоткуда почерпнуть информацию, а вокруг сплошь обрушиваются загадки.

Рамсес понял, насколько он слаб, несмотря на образованность и весомую успешность в социуме. Он резонно подумал, что доля безысходности в отчаянии часто присутствует, и с ней нужно считаться и даже в первую очередь. Рамсес представил, как сейчас откроется дверь лифта, напротив будет стоять киллер-«Даун», а в руке пистолет с глушителем.

И убийца, радуясь, откроет прицельный огонь ему в грудь с последующим контрольным выстрелом в голову.

«Надо было спускаться по лестнице, – обреченно проговорил он»

Изрядно напуган, Рамсес напрягся, когда двери лифта начали открываться: на его радость (или человека, который стоял бы на площадке первого этажа по случаю), лифт никто не поджидал.

Выйдя, он заметил, как мелькнула в дверях подъезда белая куртка, похожая на ту, что носила Алика.

Он моментально побежал следом и руками с грохотом угодил в закрытую дверь, с обратной стороны чем-то подпертую. Изо всех сил Рамсес плечом обрушился на, проклинаемую им, дверь: она была первой, за которой следовала еще одна и только потом можно было, наконец-то, выйти на улицу. После нескольких ударов, в плече сильно заныло. Рамсес вспомнил о вчерашнем падении на эту же часть тела и оставил попытки. Морщившись от боли, рукой он помассировал плечо.