Бабло пожаловать! Или крик на суку

А если этих людей объединяет статистика и больше ничего, то, зачем нужны эти данные?

Следить за цифрами?

Смотреть, как меняются числа и только?

Или, чтобы попытаться хоть как-то разобраться?

И кто должен попробовать в этом разобраться?

Кому все это надо, если статистика даже не четко разграничена?

Допустим, есть какие-то люди, по статистике, и они лишь часть от 13-ти миллионов, то, как государство узнает об их истинных проблемах и трудностях?

Опять не найдя ответов на вопросы, Дэвис свернул программу «Доступ в Интернет».

На прощанье, любуясь новой «игрушкой», он нехотя нажал на кнопку «отключить от питания». На пятой секунде монитор погас.

Благодаря полнолунию и не задернутым шторам, спальня наполнилась бледным светом от яркого лунного диска. В погасшем темном мониторе, в свете луны, Дэвис увидел отражение лица. Глядя на себя, он усмехнулся и подумал о неправильности высказываний, о таких, как он на странице Википедия: «…небольшой рост и косо расположенные глаза; плоское лицо и уменьшенный объем черепа».

Утратив отчетливые очертания ухмылки, губы расплылись в широкой улыбке, когда Дэвис попытался увязать (по мнению блогеров) иной, нежели у других, размер черепа, умственные способности и – вот уже вторую ночь подряд – его желание найти ответы в Интернете на важные для него вопросы.

Дэвис положил монитор рядом с подушкой. Он поудобнее лег в кровати – обязательно лицом к iPad-у, на него положил руку – и, с облегченным сердцем, краткой улыбкой на устах, Дэвис принялся слушать безмолвие.

Он всегда делал так, пока не засыпал. Ему нравилось ночное затишье: когда многие люди спят, он понимал, что сейчас чьи-то неслышимые голоса не заполняют пространство. Для Дэвиса это означало – в такие минуты мало кто отвлекает душу, которая, благодаря божественной природе, способна слышать тишину, как Источник Жизни.

3. Первая встреча

Когда не ждешь.

Подобно детству, перед тем, как выйти из дома, украдкой, Рамсес приоткрыл дверь, через которую был выход из подъезда на улицу.

В появившемся просвете он осмотрел двор.

В детстве он так делал каждый раз, когда хотел обхитрить маму. И у него непременно это получалось. В то время как мама выходила на прогулку с младшей сестрой, которая смиренно лежала в коляске, Рамсес ближайший час должен был сидеть в квартире за пианино. Но он тайком выбегал из подъезда вслед за ними. Между кустами и домом Рамсес покидал двор и скрывался из вида, засекая один час.