Рыба без головы (сборник)

Затем, резко оборвав собственную мысль, я почувствовал изжогу и вышел в коридор. За несколько секунд завязал шнурки, сказал, что постараюсь произвести хорошее впечатление и вышел.

Мать закрыла за мной дверь. Пока я спускался, пальцы безо всякой команды, выудили из кармана сигареты, спички, и, выйдя на улицу, я закурил.

Прекрасное спокойное утро. Деревья чуть поблескивали от восходящего солнца, и каждая веточка на фоне сиреневого неба казалась чрезвычайно контрастной и наведенной на самую верную резкость.

Остановившись у подъезда с сигаретой в зубах, я смотрел на высокие тополя, верхушками щекотавшие балконы двух соседних пятиэтажек, что выставлены лицом друг к другу. Белые у основания деревья медленно покачивались под прохладным ветром, еле слышно вздыхая. Глядя на их мерный сон, и улыбаясь, я медленно шел на остановку.

Знакомый сказал мне, что нужно доехать до «Светланы» и немного пройти по дворам. На словах все выходило крайне просто:

– Там через дворы пройти до углового дома, за него свернуть по дороге, но можно и прямо, а потом налево до киоска.

Потом в здание бывшего детского сада… – я насчитал шесть «р», но так и понял куда идти. Пришлось переспрашивать.

За остановкой «Светлана» оказалось пять детских садов, из которых четыре – различного профиля организации.

Следуя схеме, я прошел от остановки через дворы, до углового дома, за него не свернул, а пошел прямо и налево до киоска. За киоском стоял серый, обнесенный забором детский сад.

Конечно, бывший детский сад.

За парадной дверью, шагах в двадцати, сидела толстенная баба. С ног до головы изучив меня, она заключила:

– Нечего тут ходить. – Злобно так посмотрела из под очков.

– Я насчет работы.

– Какой еще работы? – толстенная баба сдвинула очки в красной пластмассовой оправе на переносицу, и посмотрела на меня еще строже.

– Видите ли, я не знаю, туда ли я пришел. – Я крутился на месте под тяжестью ее взгляда.

– Если не знаешь, зачем тогда говоришь, почему пришел? – Бессмыслица какая-то.

– Скажите, пожалуйста, это Пионерский 30? – я потянулся в карман за бумажкой с адресом, чтобы сверить названный адрес.

– Нет. – Толстенная баба в ту же секунду потеряла ко мне всякий интерес.

– Тогда до свиданья.

На улице я утешал себя мыслью о том, что такое может случиться с каждым. «И в этом – говорил я себе – нет ничего дурного или постыдного. Люди имена путают, числа, а тут всего лишь адрес».