Любовь длиною в жизнь

Вернуться к вам обратно льстивые слова,

Ведь вам познать любовь уж будет невозможно,

И вас неправдою накажет жизнь сама.

В неправде вам прожить, наверное, придется,

При солнце, но во тьме, при звуках в глухоте,

И счастье, что дарит любовь к вам, не вернется,

Не видеть вам любви ни в яви, ни во сне.

Мой милый лжец, так дальше продолжайте,

Вы лживостью играть, жестокостью шутить,

Я вас прошу, пожалуйста, не забывайте,

Красавицы рассерженные могут вас убить.

Ах! Не играйте льстивыми словами,

И сами не обманывайтесь – вот тогда

Ваш лживости порок исчезнет, как в тумане,

Вот мой совет, «адью», прощайте навсегда.

01.03.2010

А. Керн

Я не забуду необыкновенный день, когда

«Лесов таинственная сень с печальным шумом обнажалась»,

Шуршала под ногой осенняя листва,

И лето к осени тихонько собиралось.

И солнышко последние несмелые лучи

Через листву в подлесок набросало,

Я шел с мальчишками в поход в лесной тиши,

Лишь пенье птиц покой тот нарушало.

Мы шли в надежде место лучшее найти,

Ночлег желанный, отдохнуть, была усталость.

Стремились к речке, что бежала впереди,

Казалось до нее дойти – такая малость.

И вдруг на чем-то гладком подскользнулся я,

И растянулся на земле, но не землей то было.

Плита кладбищенская подо мной была,

На четверть из земли плита та выходила.

Я поражен был надписью на той плите,

«А. Керн» потертой гравировкою на ней стояло,

В висках вдруг запульсировала кровь во мне,

Не верилось, что мне увидеть предстояло.

В. А. Нащокина

Н.Н.Пушкина-Гончарова

А. О. Смирнова-Россет

Женщины, обожавшие A.C.Пушкина

О, Боже мой, «Я помню чудное мгновенье»[10 - А.С.Пушкин]

В затерянном лесу явилось вдруг передо мной.

Написанное гением стихотворенье,

Явилось в яви вдруг – я не был сам собой.

Я растерялся, мысленно не мог собраться,

В заброшенном лесу – и вдруг она.

Не может красота в забвеньи затеряться,

Ей в Пантеоне место, там лежать должна.

Стих о красавице, шедевр неповторимый,

Весь смысл жизни нашей в нем любовь,

В нем гений выразил влечение к той красоте неотразимой,

Которая в веках волнует нашу кровь.

Стоял я в платоническом влеченье,

Ведь под плитой кладбищенской была она,

Прожег мне сердце смысл стихотворенья,

Потряс до основания, и в этом не моя вина.