Магазин потерянной любви

Запись датирована 28 июля, как раз между рождением Луизы и её смертью: «И голова, и Земной шар, и яйца Господа нашего Иисуса Христа имеют овальную форму, что могло бы многое объяснить, но не объясняет. Под определённым углом и измождённая голова, и Земной шар, полный ископаемых, и распрекрасные яйца выглядят не овальными, а круглыми».

Ну что тут скажешь. Джони вполне приспособился к квантовому восприятию мира. Он перестал бояться трудностей и почти не сопротивлялся им, ссылаясь на кота Шрёдингера. Кот этот, как мы знаем, подобно электрону в квантовом ящике – и жив, и мёртв одновременно.

Узнав о смерти Луизы, к примеру, Джони будто и не удивился.

Всё происходит, как в пруду, – записал он. —

Мы просто медленно плывём.

А после вдруг перестаём

И отправляемся ко дну.

Выйдя из «Шантимэли», они взяли такси и ещё час или два ездили по городу – безо всякой цели и подчиняясь случайному мерцанию светофоров. То, что мерцание случайно, отчётливо было видно по пешеходам: подойдя к перекрёстку, они не знали как быть.

«Переходить дорогу или не переходить?» – эти мысли роились у них в головах и мешали спокойной жизни. В результате они переходили её как придётся и зачастую погибали, не дойдя и до середины.

– Почему Луиза? – спросил Митя.

– Джони попросил. – Хью покрутила ручку и закрыла окно. Воздух к ночи остыл и теперь свистел, что было мочи, влетая через переднюю дверь и вылетая через заднюю. – Ему нравилось это имя. Он звал так Вику Россохину, – Хьюлет запнулась и поглядела на мост впереди.

 – Vi и вправду была похожа на Луизу, – добавила она, выдержав драматическую паузу.

Они въезжали на Большой Устьинский мост.

Справа и слева лучилась рекламой Москва-река. По правде сказать, Митя догадывался о Луизе и без Хьюлет. Джони то и дело использовал это имя в связи с Викой, но какие тут были мотивы – непонятно. Вероятно, овал, о котором он писал, и в самом деле представлялся ему кругом.

Такси переехало мост. «Волга» с надписью «Командир» наводила на мысли о войне.

Она тряслась всем своим ржавым корпусом, подпрыгивала на ухабах и воняла бензином. Иными словами, война продолжалась. Хьюлет едва держалась, подумывая о плене. «Лучше сдаться, – рассуждала она, – чем такая война», – и сдалась.

– У кафе, пожалуйста, – сказала Хью.

Машина свернула на светофоре и, подождав с минуту, въехала на стоянку Coffee Point. «Coffee Point, – гласила вывеска, – европейская кухня на любой вкус».