Рассказы о русском Израиле: Эссе и очерки разных лет

Вышел без страха и с чистым сердцем, когда в окрестных садах падали на землю яблоки и ничего плохого не могло случиться…

Счастье, конечно, просто родиться в этом прекрасном мире. Еще бы угадать – когда.

    1997 г.

Отпуск по семейным обстоятельствам

Недавно прочел статью, в которой доказывалось, что Древней Греции не существовало, а «копиист» Рим как раз и был подлинником всяких античных чудес. Подобной «сенсационной» литературы всегда было в избытке. Утверждалось, что татаро-монгольское иго – миф, что инквизиция никогда не разжигала костры, и Холокоста никакого не было, а евреи Европы сами вымерли по причине эпидемии тифа.

Подобное не похоже на форму покаяния и следствие мук совести, Все эти попытки доказывают только одно: готовится новое рабство, новое иго, новые костры и новый геноцид…

Тысяча лет пройдет, и какой-нибудь писака сочинит «научный» труд, в котором легко докажет, что никогда не существовало нацизма в Германии и большевизма в России, Гитлер был всего лишь известным литератором и архитектором, а под кличкой Сталин скрывался медицинский феномен, долгожитель, человек проживший 182 года – Лазарь Моисеевич Каганович.

На самом деле все было на белом свете, а потому и герой данного рассказа существовал. Свидетелей тому предостаточно. Вот и я постарался записать эту историю на манер свидетельского показания, также просто, как она была рассказана мне.

Хейфец Вениамин считался хирургом от Бога, а Соколовский стал врачом случайно.

В январе 1953 года «случайный врач» написал донос, в котором сообщал компетентным органам, что его коллега неправильным лечением умертвил генерала Кубасова, а также способствовал преждевременной кончине еще ряда ответственных работников областного и районного масштаба. Донос попал к сыну главного врача больницы, старшему лейтенанту КГБ Агапову, и сын, в нарушение всех правил, сообщил отцу краткое содержание доноса. Чекист сделал это, потому что доктор Хейфец спас ему жизнь, когда младший Агапов вернулся тяжелораненым с фронта.

Главный врач сразу же вызвал Хейфеца в свой кабинет.

– Что там было с Кубасовым? – спросил он.

– Он умер, – ответил хирург.

– Я помню это. Причина?

– Острая коронарная недостаточность. Мы сделали все, что могли. Федор Николаевич, а почему вдруг?

– Пойдешь в отпуск, – вместо ответа распорядился главный врач.

– Зимой? – удивился Хейфец.

– Да, и немедленно… С завтрашнего дня.