Иллюзия греха

С полученным портретом они пришли к другой соседке, той, что видела «дядю Сашу» незадолго до смерти Анисковец.

– Что вы, – удивилась она, едва бросив взгляд на рисунок, – это совершенно не он.

– Так, – устало вздохнул Доценко, – приехали. Давайте все сначала. Что вы вкладываете в понятие «совершенно не он»?

– Ну как что, – растерялась женщина. – Не похож.

– Это не одно и то же, – терпеливо начал объяснять Михаил. – Вы актера Пьера Ришара хорошо себе представляете?

– Это которого? Высокого блондина в ботинке?

– Да, его самого.

– Конечно, – улыбнулась женщина. – У него такая внешность – ни с кем не перепутаешь.

– Теперь посмотрите, – он вытащил из бумажника несколько фотографий и одну из них показал свидетельнице. – Это он?

– Совершенно не он, – тут же ответила она. – Какой же это Ришар? Это же Михаил Ульянов.

– А этот?

Он протянул ей другую фотографию. На снимке был запечатлен человек, тщательно и умело загримированный под Ришара, но все-таки было видно, что это не французский киноактер.

Доценко, работая со свидетелями, всегда носил с собой несколько специально подготовленных комплектов фотографий, потому что давно усвоил: наглядный пример всегда срабатывает лучше, чем самые подробные словесные объяснения.

– Этот?

Женщина задумалась, внимательно вглядываясь в изображенное на снимке лицо.

– Вообще-то похож на Ришара. Но, по-моему, это все-таки не он.

– Отлично. Теперь посмотрите вот этот снимок.

На третьем снимке был тот же мужчина, только без грима, но в парике, точно имитирующем прическу Ришара.

– Нет, – она покачала головой, – этот не похож.

– Почему? – быстро спросил Доценко. – Смотрите, прическа совсем одинаковая.

– Но лицо другое.

– И нос такой же длинный, – настаивал Михаил.

– Нос длинный, а лицо другое, – не уступала женщина.

– Теперь поняли разницу между «совершенно не он» и «не похож»?

Свидетельница рассмеялась.

– И правда… Надо же, как интересно. Я и не задумывалась никогда.

Дайте-ка мне рисунок.

Она снова, но уже более пристально, вгляделась в творение Федора.

– Да, вы правы, нельзя сказать, что это «совершенно не он». Что-то общее есть. Но губы у того мужчины были тоньше, суше. И глаза не такие большие…

Федор снова принялся за работу. В результате из-под его карандаша вышло лицо, не имеющее почти ничего общего с лицом, которое было «изготовлено» под руководством Анисьи Лукиничны.

Миша знал заранее, что так и получится.