Серафима прекрасная

Да и начальник повыше рангом, чем Гена!

Вдруг она остановилась, дернула мать за руку:

– Ма, гляди! Ну на ту сторону дороги – вон!

По аллее парка шагали Зорины: Сима с коляской да грустный Витька.

Ирка остановилась как вкопанная. И он словно почуял, вздрогнул, увидел Иру.

Они впились взглядами друг в друга.

Сима ушла далеко вперед. А Ира – вот она, только дорожку перебежать. Вдруг мать схватила Иру за локоть и потащила прочь.

– Да куда ты смотришь?

– Это ж Витя был со своей жабой.

– Знаю. Я ж с ними и ехала сюда, – сказала мать.

– Сын у него, да? – спросила Ира дрогнувшим голосом. – Сын, да?

– Сын. Больной только. Ты ее прокляла. Симка и ро дила больного. Лечить приехали. Только вот кто ведает – вылечат ли… Да какое теперь тебе дело до Витьки Зорина? У тебя своя жизнь, у него своя…

В кабинете городской поликлиники Ванечка кричал, не замолкая. Его успокаивала медсестра. А Сима слушала женщину-врача.

– Не все так просто, мамаша. Не делают у нас таких операций. У вас единичный случай, непростой.

– Так ведь у меня и сын единичный. Нету у меня другого, понимаете? – напирала Сима.

– Мы только областной центр. Но есть Москва. Есть уникальные кардиохирурги. Есть доктор Красин, тот вообще маг и чародей! Врач мирового уровня, лучший детский кардиохирург в стране!

– Пишите к нему направление, – потребовала мать.

– Направление! Он может не принять, не обязан. У них сотни, тысячи таких детей, к сожалению.

– Примет! Меня примет! Пишите! – настаивала на своем упрямая Сима.

– Ждать придется, очередь! И потом… Мал еще слишком ваш мальчик. Дороги-то до Москвы не вынесет. Годика через три поедешь – если доживет до трех лет, на твое счастье.

Вот такой был приговор…

* * *

Сима вышла из поликлиники. Виктор курил у входа, все не мог отойти от встречи с Ирочкой. Она стала еще красивей. Совсем городская, без косы. И глаза, ему показалось, печальные у нее. И смотрела на него так призывно… Не до Симы сейчас! А она ему:

– Доктор сказал, в Москву надо ехать, ребенка лечить!

Виктор как закричит:

– Да ты совсем очумела: какая такая Москва! С какого перепуга! Что, тут врачей нет? Или вы особенные, сахарные?

– Вить, я б тебя убила, если б могла, – спокойно ответила жена, словно поняла, что у него на сердце творится, – убила бы, да не могу, люблю.

– Да успокойся ты с любовью своей – сыт я по горло этой любовью! – завелся Витя.