Раб и Царь

– Что ты несёшь, дура? – возмущались девчонки.

– Сами вы дуры. Корчите из себя недотрог, а у каждой, поди, уже по несколько абортов сделано.

– Да Катька не такая. Она порядочная.

– А вспомните, как она в сентябре перед парнями голышом бегала.

– Ну, во-первых, не голышом, а во-вторых, мы все тогда бегали.

– А в-третьих, это она всех тогда завела, – не успокаивалась Наташа. – Значит, у неё к этому делу наклонности есть.

– Это у тебя к этому делу наклонности есть, а не у Катьки.

– А я и не скрываю этого.

Я живу нормальной человеческой жизнью, не как вы.

– Да что с ней разговаривать, девочки? – не выдержала Марина.

– А это вы видели? – Наташа вытащила из-за спины видеокассету.

– Что это?

– Катька с девственностью прощается.

– Врёшь!

– А вы сами возьмите и посмотрите.

Сразу несколько рук протянулись к кассете.

– Это моя кассета. А если вам хочется посмотреть, то купите сами.

– Купить? Так ты что, купила её?

– Купила. Рядом с институтом ларёк с видеокассетами.

Там кроме фильмов ещё и порно продают. Вот там и купила.

Наташино сообщение о порнофильме, где была снята Катя, произвела впечатление разорвавшейся бомбы. Уже никто не стеснялся обсуждать её поведение в её отсутствие, никого не волновала Катина репутация, и никого не интересовало, почему она не появляется в институте. Катя была отрезанным ломтём. Её, как личности, больше просто не существовало. Никому и в голову не пришло просто позвонить ей домой, поинтересоваться, а что сейчас происходит с ней? О её существовании вспомнили только после того, как в институте появился Катин отец.

Он подходил к сокурсникам дочери и пытался поговорить с ними, но всякий раз, как студенты узнавали, кто он, они прекращали беседу и пытались побыстрее отделаться от него. Отойдя от Катиного отца, студенты тут же собирались кучками, и показывали на него пальцами. Отец чувствовал к себе крайне негативное отношение. Внутри него всё кипело, но он, помня о том, что все эмоции должны быть отброшены в сторону, скрипнув зубами, отойдя от одного студента, подходил к другому.

– Молодой человек, – обратился отец к очередному студенту. – Я отец Кати Андреевой. Вы не смогли бы уделить мне немного времени?

Молодой человек, не в пример остальным, не стал прятать свои глаза, не стал ссылаться на занятость, он, напротив, посмотрел на своего собеседника с таким участием, как будто речь шла не о Кате, а о нём самом.

– Да, да, конечно, – ответил он.