За Храмовой стеной. Книга Памяти (сборник)

Даже его знаменитое «Письмо вождям СССР» в среде советской интеллигенции было названо ни чем иным, как «плодом сумасшедшего психопата». В его социально-исторических трудах современники отмечали нехороший, фарисейский привкус утопии, много наивной импровизации в исторических прогнозах и оценках, детских иллюзий по отношению к властителям судеб. Многих профессиональных историков раздражала его манера говорить всякий раз как бы от лица самой Истории. Деятелям советской культуры не нравилась его заносчивость, непомерная, нескромная самоуверенность в суждениях по многих вопросам искусства.

В такой атмосфере недоброжелательности и отторжения у Солженицына не могло быть учеников и духовных последователей. Даже став скандальным социально-общественным рупором инакомыслия в эпоху «холодной войны», и триумфатором по возвращении в демократическую Россию, Солженицын не смог стать национальным героем России, в своем роде пророком Исайей ХХ века.

Для меня до сих пор остается загадкой весьма активная причастность писателя Солженицына к одной весьма типичной фальшивке психологической войны Запада с СССР под провокационным названием «Кто автор «Тихого Дона?»

Я с большим интересом следил тогда за ходом этой международной научной дискуссии видных ученых-славистов, лингвистов и литературоведов из ряда университетов США и Славяно-Балтийского института в Осло, статьи которых в русском переводе появлялись у нас в самиздате.

Меня поражало то, что никто из ученых-литературоведов и лингвистов, использовавших тогда метод лингвистической статистики, не усомнился в авторстве Михаила Шолохова, никто не обвинил его в плагиате, за исключением одного человека – лауреата Нобелевской премии, писателя Александра Солженицына…

Чем был вызван такой некрасивый поступок Солженицына? Кто надоумил писателя таким образом «лягнуть» другого лауреата Нобелевской премии? До сих пор в писательской среде бытует мнение, что это было своеобразной местью Шолохову, который имел неосторожность выступить в 1958 году против Пастернака и его романа «Доктор Живаго».

В связи с этим, до сих пор бытует стойкое мнение, что Пастернак никогда бы не получил Нобелевской премии, если бы не написал антисоветской книги. То же относится и к Солженицыну с его «Архипелагом ГУЛАГ».

Если это так, то можно сделать вывод, что Солженицын стал жертвой большой политической закулисной игры, что написанные им введение и заключение к книжке «Стремя «Тихого Дона» являются «заказными».